Рыцари королевы Ядвиги

Еще через час, помимо станций, стали видны огромные, каждый с небольшой город, звездолеты, неспешно перемещающиеся в окрестностях планеты. Умник предположил, что внутри наверняка есть живые существа, но уровень угрозы минимальный.

– Старая, замкнувшаяся на себе цивилизация, которой все надоело, даже войны, – сказал Вильям, разглядывая один из кораблей, похожий на изогнутый нож. – Неужели это ждет и человечество? И когда?

– Вряд ли мы доживем до такого, – хмыкнул Гаррисон. – Да и готов поставить сколько угодно крокодильих хвостов, что с нами такое не случится.

Апион-Фарит надвинулась, стали видны детали на ее поверхности – спирали циклонов, рубцы горных цепей, зеленоватые лужицы многочисленных, но небольших морей.

– Ой, а это что? – Остроглазый Арагонес первым заметил исполинские, сравнимые с горными пиками сооружения, разбросанные по планете.

Они мало походили друг на друга, но все представляли собой беспорядочное нагромождение пирамид, конусов, кубов и параллелепипедов.

– Похоже, что это города, – сказал Серое Облако. – Необитаемые, брошенные… Ну, почти все.

Строения и вправду казались мертвыми, хотя с такого расстояния трудно было разглядеть детали.

– А где гробница? – поинтересовался Гаррисон.

– Где-то вон там, на краю диска, – ответил Ли.

Через пятнадцать минут «Радость бабушки» пролетела мимо одной из орбитальных станций. В иллюминаторах по правому борту мелькнул ее чудовищный, искореженный силуэт. Легионеры расселись по ППК, те трансформировались так, чтобы уберечь людей от перегрузок, и начался спуск.

Древний корабль трясло и шатало, обзорный экран облизывало оранжевое пламя, за ним угадывалась темная поверхность Апион-Фарит.

– Сколько можно? – просипел Соболев после очередного толчка. – У меня желудок к горлу подобрался…

– Столько, сколько нужно, – сурово ответил Ли.

– Критическое превышение уровня нагрузки, – сообщил возникший у приборной панели Умник. – Расчетные параметры спуска изменены. Переходим на второй вариант. Прошу вас приготовиться.

Никто не успел даже спросить – к чему, а корабль рванулся вниз, точно падающий на добычу сокол.