Мужская работа

И ведь знает, что без меня ему худо придется – где он еще найдет такого сменного инженера, который все умеет, от электрики до сантехники, работает на совесть, не бухает, не ленится и не ворует?

Наорал я на него, дверью хлопнул, и черт с ним.

Никогда не умел сдерживаться, с самого детства, всегда говорил в лицо, что думаю. Иногда, и даже часто получал за это по морде, пару раз всерьез, до травмпункта и хирурга, но от принципов не отступал.

Ладно, про Петровича можно пока забыть – мне нужны деньги, чтобы спасти Сашку…

Я вытер с лица пот, взял талончик, и вскоре уже сидел в уголке, дожидаясь очереди.

Вспомнил, как сам сразу после института – «экономист-финансист» в дипломе, это вам не собачья какашка – пытался работать в таком же стерильном офисе, где и воздух свежий, и тихо, но зато тоска смертная.

Не выдержал, ушел туда, где руками надо что-то делать, чинить, настраивать, собирать. Поскольку еще лет в семь обнаружил, что это мне нравится, и что получается свои машинки не только ломать, но и ремонтировать, а жили мы бедно, мать медсестрой всю жизнь, поэтому если не починишь, будешь с обломками возиться.

К старшим классам так наблатыкался, что соседи начали приходить, кому стиралку к жизни вернуть, кому кран текущий заткнуть, кому розетку поменять или там кондиционер повесить.

– Номер а тридцать семь, пройдите к окошку номер четыре, – произнес неживой голос из-под потолка.

Я глубоко вздохнул, зашуршала пачка бумаги, которую я потащил из рюкзака. Понятно, что всю эту банковскую премудрость я почти забыл, но все равно подготовился – сайт банка облазил, документы собрал, от справки из отдела кадров до справки от нарколога.

– Добрый день, – сказал я грудастой барышне в окошке номер четыре.

В другой бы момент – прости Юля – я бы заулыбался и начал подкатывать, но сейчас мне не до девок, надо дочь спасать.

– Добрый день, – она улыбнулась мне с дежурным равнодушием.

– Такая ботва… хочвзять кредит… – и я пхнул ей заявку.

Барышня утянула заявку, гладкий лоб ее пересекла морщинка, в глазах отразилась задумчивость.

Мне достался оценивающий взгляд, я понял, что она оценила меня целиком, от лохматой рыжей шевелюры до дешевых кроссовок, от помятого рюкзака до содержимого карманов.

– Это не ошибка? – она ткнула наманикюренным пальчиком туда, где красовалась сумма с шестью нулями.

Дело ясное, такой доходяга как я должен брать десятку на новый телефон или полтос на мелкий ремонт, а тут миллион.