Мера хаоса

Тот сделал для Хорста много, но одновременно с благодарностью и даже восхищением вызывал ужас и омерзение.

Раньше Хорст не думал, что можно испытывать столь противоречивые чувства к одному человеку.

– Становись!

Зычный голос толстого купца донесся от головы обоза, когда солнце коснулось боком верхушек деревьев, а небо приобрело желтоватый вечерний оттенок. На юге, окутывая вершины гор, клубились темные облака, доносилось приглушенное громыхание.

– Эх, дождя бы, – пробормотал Хорст, сползая с телеги. За день отлежал все бока, а задница ныла не хуже, чем после скачки верхом.

На ночлег в этот раз встали прямо в лесу, на вытоптанной прогалине у реки. Купцы уселись в кружок на берегу, с хлопком вышибли донышко у бочонка с пивом. Авти отправился их развлекать, а Хорст вместе с возницами натаскал хвороста, помог развести костер и принялся ждать ужина.

Он хорошо помнил, что ходом ранее обоз миновал развилку. Менее торная дорога вела на север. Если дойти туда и свернуть, то недели через три, если Владыка-Порядок сохранит от разбойников и наемников, можно добраться до родного Линорана.

Или, может, снова отправиться бродяжничать в поисках пристанища, где удастся благополучно перезимовать? В мешке дожидались своего времени инструменты, а руки Хорста давно соскучились по любимой работе. После ужина и вечерней молитвы он лег на самом краю походного лагеря, вокруг которого возницы расставили телеги. Ближние подступы охраняли дозорные, но Хорст надеялся проскользнуть мимо них незамеченным.

Он дождался момента, когда лагерь затих, и только негромкое клокотание воды и свист ветра в вышине нарушали тишину. По небу ползли тучи, которые скрыли звезды и погрузили землю во мрак.

Тускло светились багровые угли в прогоревшем костре.

Хорст поднялся и осторожно, крадучись, двинулся к ближайшему проходу между телегами. Проскользнул наружу и замер, стараясь на слух определить, где расположился ближайший дозорный.

Сделать это оказалось несложно – из тьмы донеслось бульканье, сменившееся довольным кряхтением.

Хорст опустился на четвереньки и пополз в противоположную сторону. Рискнул распрямиться, только когда над головой зашелестели листья, и едва не вытер лицо о шершавый ствол.

В лесу его окутал кромешный мрак, идти приходилось медленно, нащупывая путь. Хорст обошел лагерь по дуге и выбрался на дорогу. Оглянулся последний раз, вздохнул с облегчением и зашагал на восток.