Командировка в ад

Когда привык, то убедился, что при свете карцер выглядит еще хуже, чем во мраке – темные пятна на полу и стенах, то ли засохшее дерьмо, то ли кровь, потолок в черных разводах, вентиляционное отверстие без решетки, маленькое и слишком высоко.

Браслет на руке брякнул, и подняв руку, я увидел, что у меня списали пятьсот баллов опыта – почти все, что я накопил с момента второго появления на «Гневе Гегемонии». Поскольку боев пока не было, набралось немного.

– Дело швах, – пробормотал я, думая, что еще немного, и лишат меня статуса десятника: это ладно, главное, чтобы денег не лишили.

Мне стало до озноба холодно при мысли о том, что из-за дурацкой драки, из-за того, что я повелся на провокацию идиота-американца, я могу оставить Сашку без лечения… нет, только не это!

* * *

Шум из вентиляционного отверстия донесся в тот момент, когда я уже настроился поспать. Сначала долетело шуршание, потом недовольное хрюканье, а услышав чих, я невольно улыбнулся.

Понятно, кто собрался ко мне в гости!

Котик спрыгнул на пол, махнул пушистым хвостом, и я обнаружил у него во рту нечто черно-белое.

– Это что? – спросил я. – Ой, какой ты молодец! Спасибо!

Зверь притащил мне плюшевого пингвина – заметил, насколько мне дорога эта игрушка, сколько я с ней вожусь, и решил поддержать, доставить ее ко мне!

– Хрр! – сказал Котик, явно гордый собой, и я погладил его по спине, почесал за ухом.

Но тут зверь неожиданно рванул в сторону, взбежал по стене, и снова исчез в вентиляции. Оттуда донесся новый чих, полетела пыль, и Котик появился снова, на этот раз с прямоугольным кожаным предметом в пасти – ого, это же энциклопедия, купленная на ярмарке, книга, в которую я ни разу не заглянул.

– А это зачем? – спросил я, взвешивая томик в руке: и как только допер!

– Хрр! – повторил Котик, и ударил книжку лапой с выпущенными когтями.

Точнее попытался ударить – обложка выгнулась, точно крыло, и хлестнула в ответ. От неожиданности я выронил энциклопедию, та с сердитым свистом раскрылась и зашелестела страницами.

Что, эта штука живая?

– Чтоб я сдох, – пробормотал я, опускаясь на корточки. – А ты не кусаешься?

Очень довольный собой Котик уселся и принялся намывать лапой морду совсем по-кошачьи. Я же аккуратно погладил кожаный переплет, и тот отозвался приятным поеживанием, а на белой до сего момента бумаге начали проступать, точно всплывая из глубины, буквы.

«Мир и приветствие тому, кто владеет, – прочитал я. – Корми меня, и будет знание.