Командировка в ад

Никто не знал, когда нас снова швырнут в кровавое пекло, но я понимал, что прохлаждаться нам не дадут.

Гегемония ввязалась в войну с бриан не для того, чтобы та затянулась на годы.

Гага проводил занятия для всей центурии, конечно, но он особенно не утруждал себя. Мне же вовсе не хотелось, чтобы мы снова были как слепые кутята, не знающие и не понимающие, что делать и куда бежать.

– Последний рывок! – гаркнул я, и мое воинство дружно ринулось в атаку на «вражеские» позиции.

Дю-Жхе из-за своей мишени показал мне пятерню – по его подсчетам, они с Юнессой положили бы всех, кроме пятерых, дойди все до реальной схватки.

– Свободны, – велел я. – Макс, отведешь их до казармы.

– А ты? – спросил он, подняв забрало.

– Дело такое, мне надо кое-чего попробовать.

Мало нацепить на себя фильтр ночного зрения, надо еще пристреляться с этой штукой на морде и с трещащей прямо в ухо системой командирской связи – отвлекает, и сильно, хотя благодаря ей я в курсе, что творится во всей центурии, вижу не только свой кусочек боя, а всю картину.

Я дождался, пока бойцы уберутся прочь, перещелкнул канал на самый шумный, опустил забрало.

– Вот он, великий командир, гроза врага, – она подошла бесшумно, и шаги я уловил в последний момент.

Я вернул забрало на место и обернулся, чтобы напороться на холодный взгляд трех голубых глаз. Злобная, хоть и красивая сучка Лиргана, наш бывший центурион, ставшая трибуном и ушедшая на повышение в другой манипул… что принесло тебя на стрельбище в столь поздний час?

Рассматривала она меня с обычной смесью похоти и презрения.

Я приложил руку к шлему, отдавая честь.

– Не воняй, – процедила она. – Знаю, что ты всю эту военную требуху в гробу видал.

Лиргана выглядела на диво хорошо в гражданском – узкой юбке с вырезом на бедре, высоких сапогах, и полупрозрачной кофточке, под которой более чем очевидно угадывались крупные груди, числом три.

Тело мое под бронезащитой начало разогреваться.

– Есть разговор, – Лиргана ухмыльнулась, и я понял – видит, все замечает, стерва. – Только сначала тебя надо успокоить, а то ты, я вижу, разволновался так, что дерьмо внутри вот-вот закипит.

Я хотел ответить гордо, послать ее подальше, по похоть мертвой хваткой сцапала меня за горло.