Коллекционер

Глава Ордена Взыскующих Истины смотрел на Олега, оттопырив нижнюю губу, и в светло-голубых глазах его не было вообще никакого выражения – словно два шарика из мрамора вставили в отверстия на лице и нарисовали на каждом радужку, зрачок и все прочее. Но тупым его взгляд нельзя было назвать, за ним ощущалась работа мысли – мощной, готовой сокрушить все на пути, как движущийся ледник.

– Ну, что же, мы, в скудоумии своем, должны признать, что такое возможно, – проговорил Цагене после паузы. – Что же, Соловей, если ты примешь нас всем сердцем… Ничтожество наше всякому видно, сила же и мощь откроются только достойнейшему.

Это прозвучало не как угроза или обещание, а словно констатация факта. Вроде как «выпрыгнешь из самолета без парашюта – разобьешься».

Олег сглотнул еще раз, с трудом выдавил:

– Э… да… само собой.

Этот человек вызывал у него страх, желание как можно быстрее спрятаться или дать деру. Он выглядел хищником, змеей или крокодилом в облике хомо сапиенса, безжалостной тварью, способной принести в жертву тысячи или даже миллионы разумных существ ради собственной веры и высоких целей.

– Можешь идти. – Цагене небрежно дернул рукой, изображая благословение.

Шагая прочь от молельни, Олег спиной ощущал его изучающий взгляд, понимал, что сейчас на него смотрят и могучий инквизитор, способный сломать шею ближнему своему одним небрежным движением, и отец Риччи с гаденькой улыбочкой на благообразной физиономии.

В столовой Олег постоял в очереди, взял жестяную миску, доверху наполненную супом вроде горохового. Прихватил с подноса кружку с компотом и опустился на свободное место рядом с Арамом. И обнаружил, что соседи по палатке обсуждают сегодняшний визит главы Ордена Взыскующих Истины.

– Каждый должен заучить его речь наизусть! – вещал сидевший напротив Дитрих, явно имея в виду Цагене. – Этот великий человек обязательно приведет нас к победе! Ясно и четко все объяснил…

– Но я вот не все уловил, – заявил малорослый чернявый парень, чьего имени Олег так и не запомнил – то ли Марсело, то ли Нарсело.

– Не будь тупее Арама, – прервал его староста. – Ведь даже он все понял. Понял?

– Ого, как бы… конечно… надо всех плохих… научить истинной вере… – с напряжением в голосе ответил великан.