Дорога из трупов

Но случилось это в тот момент, когда Арс стоял под светившим уличным фонарем и шумно дышал, приходя в себя.

– Где это мы? – прохрипел обнаружившийся рядом Рыггантропов.

Топыряк огляделся.

– Улица Дохлых Кошек. А вон там, чуть дальше, находится Оранжевая больница. Я в ней однажды побывал.

– Сссс?

– Да мы полгорода одним махом пробежали! Хотя я ничуть не испугался и даже ловко выбрал правильный путь.

Самообман – страшная сила. Не будь его розовых очков, наушников и фильтров в ноздри, человечество давно покончило бы жизнь самоубийством.

Ну, или через недельку-другую.

– А кто там был такой, типа?

– Шшшш!

– У него была чешуя, глаза… когти. – Арс на мгновение замер. – И гребень на… на голове.

– Не человек, – совершенно справедливо заметил Рыггантропов.

– Сссс!

– И не йода, Трали-Вали, зуб даю. И не эльф…

– Змееморф. Но этого не может быть! – Арс потер лоб, ощущая, как резко поднимается температура внутри головы.

Йода задвигал ушами, потом вовсе свернул их и с резким хлопком развернул.

А Рыггантропов вздохнул с облегчением.

– Типа, все нормально, – сказал он.

– Это почему?

– Ну, мы же краски нанюхались сегодня.

– И чего?

– И мы, в натуре, разве видели после этого розовых слонов? Или там розовых теток без одежды?

Фантазия Рыггантропова не могла похвастаться богатством. Честно говоря, она попрошайничала на помойках мегаполиса Вселенского Воображения. И где-то там нашла убеждение, что все галлюцинации должны быть одного цвета.

– Нет, не видели, – сказал Топыряк.

– Ну вот, а теперь увидели. Хоть что-то, падлой буду. Она вроде была розовой, страшила эта. Значит, краска виновата.

– Ага, хм… – Арс переглянулся с Тили-Тили, тот пожал плечами, что заметил бы только очень внимательный наблюдатель.

Очень уж узкие плечи у йоды.

Версия с краской выглядела правдоподобной, особенно для того, кто хочет, чтобы она выглядела правдоподобной.

– Точно, так и было, – сказал Топыряк. – Да, оно было розовым. Поэтому мы сейчас пойдем в «Утонченное блаженство» и выпьем по кружечке.

Спорить никто не стал.

Тощий Брык и вправду был тощим.

В те давние времена, когда только начинал делать карьеру и телосложением напоминал швабру.

Теперь, когда в его массивную тушу можно было спрятать несколько бочек, старое прозвище звучало скорее как насмешка. Но мало кто смеялся над Тощим Брыком.