Демоны Вальхаллы

 – Осталось немного, а потом мы всыплем этим засранцам по первое число!

Путешествие через кишащий жизнью зеленый ад продолжалось восемь часов. Остановку сделали единственный раз, чтобы перекусить, а все остальное время ломились сквозь заросли.

– Скорее бы уж, – пробормотал Вильям, разглядывая открывшуюся впереди неширокую реку. В темной, отливающей зеленью воде чудилось какое-то движение, а берега выглядели топкими.

– Деревья валите, – приказал Фрезер.

Загудели плазменные резаки. Огромные стволы, простоявшие не одну сотню лет, рушились с величавым треском, круша подлесок и разрывая лианы.

Первым на импровизированный, трясущийся под ногами мост ступил сержант, за ним цепочкой пошли легионеры.

– Ох, Святая Дева, не нравится мне это, – в голосе перекрестившегося Арагонеса прозвучала тревога.

– Сглази… – начал Вильям, но остановился на полуслове. Нога одного из солдат поехала, он пошатнулся, взмахнул руками, словно пытаясь ухватиться за воздух.

– Веревки! – быстро сориентировался Фрезер. – У кого веревки?

Помимо личного снаряжения, каждый из легионеров тащил часть общего – резак, лопату, маскировочную сеть или веревку. Связисты волокли блоки Боевой Информационной Системы.

Облепленный ряской шлем показался над водой, мелькнули глаза, раззявленный рот. Упавший в реку сделал движение, намереваясь грести к берегу, но тут же лицо его исказилось и он ушел под воду так резко, словно его дернули за ноги.

– Видят духи, глупая смерть, – сказал Ли. – Мир его праху…

Через сотню метров джунгли закончились. Оборвались, словно их обрезали ножом. Дальше на восток тянулась всхолмленная, покрытая высокой травой равнина. В сотне метров от опушки тесной группой стояли здания, выстроенные никак не людьми.

Серые и черные «кубики», золотистые «соты», оплетенные серебристыми «лианами», и вздымающиеся надо всем этим стройные башни, точно высеченные из аметиста.

– Ага, вот и вражеская база, – оторвав от глаз бинокль, проговорил сержант. – Пришли. Приказ такой – залечь и не отсвечивать! Будем ждать остальных.

Делать, кроме как лежать и разглядывать сооружения тритонианцев, оказалось нечего. Алое солнце опускалось за горизонт, и в сгущающемся сумраке «соты», «лианы» и «башни» начали светиться, по ним пробегали цепочки голубоватых огоньков.