Волк. Последнее проклятье наг

– Good, good, – беззащитно подняв руки вверх, произнесла Аманда. – Но пойми, Леша, как это говорят у вас, что сделано, того уже не развернуть вспять.

– У нас так не говорят, – хмыкнул Орлов. – Ты сплела две пословицы воедино, причем вторую вывернула шиворот-навыворот. Вот не понимаю, почему вы, иностранцы, так любите форсить русскими поговорками? – Алексей махнул рукой. – Впрочем, забыли, смысл я понял.

– Good, – в очередной раз улыбнулась Аманда. – Так что давай теперь подумаем, что нам со всем этим делать.

Карета в этот момент остановилась. По крыше раздалось легкое постукивание.

– Приехали, ваше благородие, – донесся голос кучера.

Орлов вздохнул как-то странно, даже, казалось, с легким волнением, взглянул на мисс Фокс и произнес:

– Для начала давай посмотрим на место преступления, а уже потом и подумаем, что нам со всем этим делать.

Они покинули экипаж и оказались во дворе, промеж высоких домов с песочными стенами и маленькими оконцами. Впрочем, в глубине двора располагалась и еще одна постройка, а именно небольшой в два этажа деревянный флигель.

Орлов и мисс Фокс вошли внутрь, и Аманда тотчас почувствовала неуловимый запах смерти, пахло кровью, гнилью и нечистотами. Внимательный взгляд девушки быстро пробежался по комнате: «Все вверх дном, – первое, что заметила мисс Фокс, – это либо следы борьбы, либо уже жандармы постарались. Впрочем, вот и они: один уже не молодой, с длинными напомаженными усами стоит столбом, другой совсем еще сопляк, но милый, мечтательный блондин, что-то пишет в блокноте, нет, не пишет, зарисовывает,.

Аманда вдруг почувствовала, что голова идет кругом, а предательница земля уходит из-под ног, и она чуть было не рухнула без чувств, как давеча изнеженная балами и светскими раутами графиня Анна Рябова.

– Яхонтовая моя, может не стоит тебе… – заговорил было Алексей, но мисс Фокс оттолкнула его руку, не желая показать слабость, и вновь взглянула за спину Баранова, и… к горлу подступил ком, стало дурно, и не в силах больше бороться, девушка, к собственному стыду, выскочила из флигеля.

– Слабый пол, что поделать, – эхом донесся до Аманды насмехающийся голос жандармского медика.