Волк. Последнее проклятье наг

Но этот монгол оказался на редкость расторопным, он пнул по столу, что отделял его от врагов и тот врезался во Владимира, затормозив его атаку, после чего потомок змей отскочил назад и вдруг вонзил клинок в собственное брюхо…

Аманда ахнула, Владимир остановился, не понимая, что происходит, а монгол вдруг заговорил:

– У меня для тебя послание, Урус! Хозяин жаждет, чтобы ты мучился так же, как и он когда-то. Хозяин велел убить твою женщину, но я не сумел этого сделать, но Хозяин сможет. Он просил передать, что едет в Петербург, чтобы убить всех, кто тебе дорог, после чего он придет и за тобой!

– Джау Кан! – Серые, словно волчья шкура сибирской зимой, глаза Владимира сверкнули лютой ненавистью.

 – Он, наконец, решил отомстить!

Но монгол хитро усмехнулся и больше ничего не стал говорить, а лишь всадил кинжал еще глубже в брюхо, отчего кровь брызнула на деревянный пол, после чего повел клинком в сторону, полностью вспарывая живот и выпуская кишки.

– Фу-у, – поморщилась Аманда и отвернулась.

А несостоявшийся убийца мертвым упал на пол.

Позже, глубокой ночью, во дворе дома Волков с лопатой в руке закапывал труп монгола. Мисс Фокс стояла рядом и молча взирала на сие погребение человека без имени, пришедшего убить ее. Никакого сочувствия к нему она не испытывала. И когда последние комья легли на безымянную могилу, и Владимир прихлопал землю лопатой, Аманда, наконец, произнесла:

– Значит, спокойная жизнь закончилась и впереди новая опасность?!

– Выходит, что так, лисенок, – вонзив лопату в землю, сказал Волков.

– И что теперь?

– Поедем в Петербург и первыми найдем Джау Кана, чтобы, наконец, навсегда избавить мир от этого змеиного племени!

Часть 1.Петербуржский Потрошитель

Глава 1. Град святого камня

Петербург.

2 Сентябрь 1838 г.

Покрытая дорожной пылью походная карета остановилась на Дворцовой площади. Дверца отворилась, и из дилижанса вылез небритый молодой мужчина в картузе и в подпоясанной красной рубахе, что считалась шиком у уголовных элементов.

Вслед за «фартовым» вылезла и его «мамзель», впрочем, довольно приличного вида в элегантном васильковом платье и шляпке, из-под которой выбивались локоны цвета спелой пшеницы. Дама сразу засуетилась и принялась что-то втолковывать своему спутнику по-русски, но с легким акцентом.

– Согласен, лисенок, это действительно завораживает, – снимая картуз и обнажая истинно черные волосы с седым локоном в области челки, ответил мужчина.