Джваний Периброкс

 – Вот же посмотрите: бланк для отзыва поданной заявки, бланк для внесения изменений в поданную заявку, бланк для … – архивариус еще продолжал изучать один из листков, наполовину объеденный мышами, но его голос звучал все менее уверено, пока он не произнес:

– Действительно, нет.

Старик, еще секунду назад излучавший энергию праведного гнева к глупому курьеру, неспособному справиться с таким простым заданием, теперь поник и сгорбился. Молодой человек безучастно смотрел на архивариуса, ожидая, когда приступ экзистенциального кризиса, неожиданно обрушившийся на старика, пройдет, и курьер сможет избавиться от запроса городской управы.

Архивариус резко распрямился, глаза его горели восторгом от внезапного озарения:

– Ну, так давайте заполним заявку в свободной форме! Вот чистый лист, перо и чернила.

Старик достал из под стойки писчебумажные принадлежности и выложил их перед своим посетителем.

– Ну что вы ждете? Начинайте!

– А что писать?

К такому повороту курьер совсем не был готов.

Несмотря на страх перед странным стариком, он начал чувствовать раздражение. Молодой человек был уверен, что все эти упражнения с письмом остались в прошлом, и что после окончания школы ему больше не придется марать пальцы чернилами.

– А вы знаете, а ведь у меня есть пример точно такой же заявки. Один ваш коллега не далее как сто лет назад уже обращался с аналогичным документом, – архивариус бросился в глубину зала и схватил в руки левый край занавеса, закрывающего заднюю стену приемного помещения.

Курьер с удивлением спросил:

– А вам что, сто лет?

Старик застыл с поднятой рукой, готовой распахнуть занавес. Медленно повернув голову к посетителю, он спросил:

– Почему вы так подумали?

– Ну, вы же сказали, что сто лет назад к вам обращался один мой коллега.

– Ах, это. К моему предшественнику, не ко мне, – и с этими словами архивариус дернул за полу занавеса. Тот, точно ожидая этого приказа, помчался к противоположному краю зала, собираясь в аккуратные складки.

В тишине приемного помещения приятно зазвучала струна, по которой скользили кольца шторы.

Молодого человека охватил неожиданный восторг от чувства полета, который передала ему стремительно летящая по залу архива ткань. За занавесом курьер увидел бесконечно повторяющиеся ряды деревянных ящичков. Ряды уходили далеко вверх и терялись в темноте под потолком.