Не от мира сего. Хроники Адера. Хроника вторая

– Ути-пути, и что ты нам сделаешь, а?

Васютка перестал пинать покосившийся шалаш и повернулся к Егору.

– Оба-на! – восхищенно просвистел он. – Давай-ка я с разворота у тебя из рук меч вышибу, или даже по морде заеду, а?

Он запрыгал на носочках, взглядом выискивая, куда нанести удар. Егор побледнел, но меч из руки не выпустил. Он даже обхватил его второй, левой, рукой, убрав амулет в карман. Этот жест заинтересовал Карбофоса и он крикнул:

– Эй, ты! Что ты там спрятал в карман?

От этого вопроса спина у мальчика похолодела, и почему-то предательски затряслись коленки.

– Ничего, – недоуменно ответил он и отвлекся.

В это время Васюта выкинул вперед ногу и больно ударил ей по кисти мальчика. От неожиданности Егор выронил меч и схватился за ушибленную часть тела.

– Вытащи, что он там прячет в кармане, – приказал Карбофос, и рыжий коротышка первым бросился к Егору.

– Не дам! – Егор дернулся в сторону и сунул руку в карман, стиснув в ней амулет. Затем мальчик быстро нагнулся и, стараясь не замечать боль в руке, поднял с земли меч.

Сбоку к нему подошел Васюта и, больно схватив за локоть, потянул руку на себя.

– Не дам, – повторил Егор, и на его глазах выступили слезы.

Денис, до этого молча наблюдавший за всем происходящим, нагнулся за камнем и швырнул его в Васютку. Камень попал тому по спине, от чего хулиган вздрогнул и грязно выругался. Карбофос, увидев, что одна из жертв решила сопротивляться, повернулся к зачинщику бунта и отвесил такой подзатыльник мальчику, что Денис отлетел в сторону и упал на траву.

Громкий крик брата привел Егора в ярость. Он дернул руку и вырвался из цепкой руки Васютки. Долговязый хулиган охнул от неожиданности и бросился вперед. Егор попытался увернуться, но слишком поздно. Гопник схватил Егора за руку, сжимавшую амулет, и потянул на себя.

– А ну отдай, – зашипел он, сжимая кисть мальчика.

– Нет, – захныкал Егор и потянул руку на себя.

Васютка дернул еще сильнее, отчего что-то в руке Егора хрустнуло, и на его глазах от страха навернулись слезы.

– Фу-у-у, плакса! Ноет как баба! – засмеялся Карбофос и добавил: – Ну че, ты там долго еще будешь возиться?

Васютка угодливо кивнул и сжал руку мальчика изо всех сил. Острая боль пронзила ладонь Егора, и он увидел капельки крови, засочившиеся сквозь пальцы.

И тут он решил, что из-за боли ему стала мерещиться всякая ерунда.