Зона сна

Экскурсия закончилась. Серые тучи, так и не разразившиеся дождём, рассосались, и выглянуло солнышко. Матрёна повела их в не очень длительный поход по окрестностям, – они повидали всякие пейзажи на задах Рождествена-Плоскова, и реку Согожу, которая тем, кто на Волге не бывал, могла бы показаться широкой. Все устали и, вернувшись к монастырю, и в ожидании приглашения к обеду попадали на травку перед Трапезным корпусом. Дорофей исчез: убежал, наверное, со своим прихвостнем Вовиком покурить тайком. Пустячок, как говорится, а приятно отсутствие этого индивидуума.

Подсев к Алёне, Стас негромко заговорил:

– Вообрази, Алёна, какой мне необыкновенный сон приснился на новом-то месте!..

– Ну? – пробормотала девушка, особого интереса, впрочем, не проявляя.

– Будто я оказался в каком-то храме на амвоне, да прямо посреди литургии, причём голый…

– Фу, дурак, – сказала Алёна и отвернулась. – Вольно тебе перед едой рассказывать мне всякие гадости?..

Обескураженный Стас глупо хихикнул и покраснел до кончиков ушей.

– И прекрати эту манеру хихикать, – строго сказала Алёна. – Ce n'est pas appropriе[4 - Это неприлично (фр.).] совершенно. И не красней в моём присутствии, а то если на нас кто-нибудь посмотрит, то может подумать, будто я тебе сказала какую-нибудь непристойность, тогда как это ты мне их говорить изволишь…

– Господь с тобой, Алёна! Я только хотел тебе сон рассказать, надеясь, что ты мне его растолкуешь. Ведь ты в прошлом году ходила на эти курсы толкования сновидений!..

– Ну, рассказывай, – милостиво разрешила она.

– Стало быть, мне приснилось, что я как бы появляюсь в какой-то церквушке, где идёт вечерняя служба. И вот стою я на амвоне, а они меня поначалу-то не замечают, будто я невидимый, как в том романе мистера Уэллса, а потом кто-то заметил, заорал будто резаный и пальцем показал.

– И что дальше было? – спросила Алёна уже более заинтересованным тоном.

– Началась у них паника. Батюшка вовсе в обморок грохнулся и кадило с угольями на себя высыпал.

– А что же?

– Самое удивительное, что я отчётливо запахи различал, вот что!

– И чем же там пахло?

– Ну, чем в церкви может пахнуть? Ладаном, воском, да плотью человеческой. А когда ряса на батюшке загорелась, то…

– Вот что: на самом деле ты никаких запахов не различал, а тебе просто приснилось, будто ты запахи различаешь…

– Понятно, приснилось, – сказал Стас и умолк.