Внедрение по легенде

– Хорошо, садитесь на кузов! По приезду в Гродно разберёмся с вами, – ответил Дорошенко и приказал водителю: – Продолжить движение!

Когда выехали из леса и съехали на проселочную дорогу, увидели в небе барражирующие вражеские самолеты. Водитель прибавил газу. Он выжимал из двигателя, сколько мог и гнал полуторку, не снижая скорости даже на ухабах. Через час они уже въезжали на окраину города. Время было за полночь. В Гродно никаких войск и никого из командования не оказалось. Подъехав к складам, они увидели пожилого мужчину грузившего в тачку разбросанные на земле ящики с продовольствием.

– Что, склады никто не охраняет?

– Три часа назад сюда прибыли танки, как я узнал, остатки вашего пятьдесят девятого танкового полка. Заправившись горючим, боеприпасами и продовольствием, двинулись вслед за отступавшими частями, как мне послышалось, на Лиду. Но один командир сказал мне, что через несколько дней они вернуться, – ответил Зинкевич.

– Я решил двигаться дальше на Лиду, – сообщил лейтенант, обращаясь к Макарчук. – Вы с нами?

– Нет! Буду здесь ждать возвращения своих.

Как только Дорошенко сел в кабину, а солдаты погрузились в кузов грузовика, Макарчук подошёл к своему подчинённому.

– Дворников! Ты уезжай с ними, а мне необходимо остаться, так как я отвечаю за сохранность складов! – и тут же у него мелькнула мысль: «Вот и появился повод от всех избавиться, остаться в Гродно и ждать прихода германских войск».

Когда грузовик с пограничниками уехал и они остались вдвоём, Макарчук помог Зинкевичу дотащить тачку и выгрузить продукты в его дом. В своей комнате он переоделся в гражданскую одежду и положил пистолет во внутренний карман пиджака. Снятое обмундирование занёс в комнату хозяина.

– Маркел Антонович, вы можете надёжно спрятать моё обмундирование? – +попросил он его.

– Я пока спрячу твою форму, а потом её необходимо сжечь. Слушай, Гриша! Что ты предпримешь далее?

– Отсижусь несколько дней, а как установится новая власть, пойду, предложу свои услуги в борьбе с коммунистическим режимом.

– Я также пойду служить немцам. Как ты думаешь, они вернут мне моё имущество, отнятое коммунистами?

– Предполагаю, что должны вернуть!

Он подошел к окну и слегка отодвинув штору, выглянул на улицу. Она была пустынна. Город притаился и ждал.