Альве Бессонный: Храм

– Тебе выдадут кирку, чтобы копать, пару слов, чтобы понять, где копать, и топор, чтобы, в случае чего, защититься!

В руках того сторожа уже были кирка с топором.

– И еще: ты выглядишь выспавшимся, что ж – ненадолго.

Эти слова были чистой правдой. Альве это понял, когда посмотрел на других работяг – сонные, глаза еле открывались, духа у них словно и не было вовсе.

Гриффинус развернулся и ушел. Альве взял из рук его сторожа кирку с топором. Тот показал пальцем в какое-то место в шахте, и сказал: «Копай там.

Делать нечего, поэтому, Альве побрел туда, куда ему сказал сторож. Подумать только, герой, тот, кто был взаправду достоин всех возможных наград, получил работу в шахте в качестве не более чем раба. Что ж, Альве занес кирку над головой, и…

Раздался шорох. Все затихли. Далее был услышан треск. Все чуть ли не бегом вышли из шахты, когда Альве был погружен в свои мысли, а его сторож следил за тем, дабы раб не совершил побег.

Глава четвертая

Альве обернулся и увидел тучу булыжников, закрывших путь к выходу из этой тюрьмы. Он побежал к месту, где раньше располагалась дверь и закричал, что есть мочи: «Помогите! Вытащите нас отсюда! Помогите!» Через некоторое время, когда Альве перестал кричать и звать на помощь, он заметил, как его сторож сжался в клубок от ужаса.

– Нас отсюда не вытащат! – сказал сторож.

– Чушь! – ответил Альве – Я работаю в шахте, ты следишь за мной, на подобных нам держится все дело Гриффинуса, он должен!..

– Нет! Они знают, это невозможно! Да, завал они расчистить смогут, но спасти нас – нет! Дух Пещеры им не позволит!

– Дух Пещеры?

– Никто его не видел, а если и видел, то встречал свою смерть! Он заманивает людей туда, куда дотянутся его страшного вида руки, и…

В глубине шахты, отныне именуемой пещерой, послышался звук быстрого перебирания ногами, словно полз паук, обладающий невероятной скоростью.

– Он идет! Я совершил много зла, верно, он пришел за мной! Да, думаю, он и тебя заберет, за компанию со мной!

Факела, расставленные по всей пещере прислугой Гриффинуса, отразили на стены невиданного ужаса силуэт.