Замок Орх

 – Хотя бы тогда держи меня в курсе своих изысканий. Может, я смогу удержать тебя о глупости.

– Угу! – сдержанно промычала Аминель, скрывая свою счастливую улыбку и взгляд, переполненный радостью от того, что она обрела в стенах этого замка настоящую подругу.

Внезапно улыбка слетела с лица Аминель. В её голове вновь появилось то чувство, которое преследовало её всю вторую половину ночи. Через мгновенье тихий протяжный звук жутким стоном пронизал её тело. Аминель схватилась за виски, с силой сдавливая ушные раковины, чтобы не слышать этот душераздирающий стон.

Секунду Треллия смотрела на неё, не понимая в чём дело, затем кинулась к подруге и, заглядывая в её глаза, принялась ее трясти, спрашивая, в чём дело, но та словно не слышала Треллию и, продолжая закрывать уши руками, сжималась в беспомощный комочек с застывшим на прекрасном лице выражением страдания и ужаса.

Минуты через три звук начал стихать. Аминель лежала на кровати, оглушённая и беспомощная, раскинув руки, подобно брошенной тряпичной кукле.

– Что это было? – наконец спросила она, когда увидела, что сознание и силы постепенно возвращаются к подруге.

– Не знаю. Такое уже было сегодня ночью, и вот опять, – присаживаясь рядом с подругой на краешек кровати, ответила Аминель.

– Да что? Что случилось с тобой?! – воскликнула уже не на шутку испуганная Треллия.

Аминель взглянула на неё, словно пытаясь что-то сказать, потом, немного подумав, взяла себя в руки и принялась рассказывать о ночном происшествии.

Окончив рассказ, она посмотрела в глаза Треллии, желая понять, выглядит ли она безумной – или всё же Треллия верит ей. Глаза Треллии были спокойны и внимательны.

– Так это был стон живого существа? – переспросила она?

– Да. Похоже на то, как будто кому-то очень тяжело и очень больно.

– Не волнуйся, у нас в деревне был один сумасшедший, слышавший голоса. Так что я знаю, как они выглядят. Ты на него не похожа.

– Правда? – с надеждой переспросила Аминель.

– Можешь не сомневаться, – кивнула подруга. – Хотя от этого нам легче не становится.

– Почему? – не поняла она.