Моя девочка

– Чумаков, мы с трудом выбиваем деньги на канцтовары не для того, чтобы ты рисовал в них всякую фигню, – начальник вырвал разрисованные страницы и бросил в мусорное ведро.

– Но… – Чумаков беспомощно проводил глазами выброшенные страницы. – Они помогают мне думать.

– И что ты надумал? – Лебедев отдал участковому чистый блокнот. – Есть идеи, кто этот маньяк?

Чумаков поднял большие голубые глаза на начальника.

– В городе всего два магазина трикотажа. Если этот маньяк, любитель гольфиков, то возможно стоит опросить продавщиц этих магазинов.

Вдруг кто-то из них вспомнит покупателя сразу нескольких пар. Но это не мое дело, – развел руками участковый. – Я же не оперативник.

– Ну, Чума… – чертыхнулся Лебедев, и повернулся к Гришину. – Будешь работать с ним в паре. Пока он будет заниматься отработкой жилого сектора, где произошло последнее убийство, ты пройдешься по магазинам и опросишь продавщиц. Завтра с утра оба отчитаетесь. Можете идти.

Гришин хмыкнул и захлопнул папку.

– Может его еще старшим группы назначить?

– Если он думает лучше чем ты, то возможно так и сделаю, – Лебедев хлопнул ладонью по столу. – Развод окончен, инструкции и приказы все получили? Маньяка поймать в ближайшее время. А я поехал в главк, буду ваши жопы прикрывать.

– Леш, ты случайно не педик? – Гришин подождал, когда участковый выйдет из отделения и встанет рядом с ним.

– Это почему? – удивился Чумаков. – Есть какие-то намеки?

– Ну, ты рисуешь каких-то полуголых школьниц в блокноте.

– Был бы педиком, то рисовал бы полуголых мальчиков, – усмехнулся участковый. – Так что, я, наверное, больше педофил, чем педик.

– Ну да, ну да, – смутился оперативник. – Так какие планы на сегодня?

– Что приказали, то и будем выполнять, – Чумаков печально вздохнул. – Тебе обойти всего два магазина, а мне опрашивать пять домов. Увидимся завтра на разводе, – не прощаясь, участковый направился к своему автомобилю.

– Откуда у тебя такой дорогой автомобиль? – задумался Гришин, глядя в спину участковому, садящемуся в дорогой джип.

 – Насосал наверно, чертов педик, – оперативник бросил недокуренную сигарету на асфальт и сплюнул. Его Шкода Октавия сломалась месяц назад, а денег отремонтировать до сих пор не было.

– Кабан, – он увидел толстого опера, выходящего из здания, – не подкинешь до магазина?

– А что он? – Кабанов кивнул в сторону участкового, выезжающего со стоянки.