Пес Апокалипсиса

Заревев от ярости, он ударил хрипевшую девушку в грудь, проламывая ей кости.

– Даша, – всхлипнула вторая близняшка, когда ее сестра дернулась в последний раз и перестала хрипеть. Федя услышал ее всхлип и повернулся к ней. Близняшка сжалась в комочек, не делая попытку убежать. Приподнявшись на руках, он, рыча, пополз к ней. Из открытого рта на пол закапала белая пена. Близняшка поджала ноги и с ужасом смотрела на подползающего к ней Федю.

– Федя, не надо, – прошептала она. – Пожалуйста.

Я схватил его зубами за ногу и стал оттаскивать от близняшки.

Федя попытался отмахнуться от меня, но я увернулся, не разжимая пасти.

– Саша, пригнись! – неожиданно раздался Люськин голос, и следом прозвучал громкий выстрел. Рубашка на спине Феди лопнула, обнажив большую дыру. Федя дернулся, но продолжил ползти к дивану.

– Черт! – Люся подошла и приставила дуло ружья к Фединой голове.

– Бум! – и белые ошметки мозгов разлетелись по всей комнате. Следом наступила тишина, в которой звучал монотонный вой.

Я, наконец, отпустил Федину ногу и завертел головой в поисках источника звука. На диване, обхватив себя за ноги, раскачивалась близняшка. В ее стеклянных глазах застыл вечный страх.

– Ы-ы-ы-ы, – тихонько выла она, действуя мне на нервы. Я сел рядом и тоже стал тихонечко завывать.

Люся, глядя на наш совместный дуэт, опустила ружье.

– Шарик, ты в порядке?

– Тьфу на тебя! – я сразу перестал выть. Только такая сучка как ты может одним словом испортить такой концерт.

Я встал и, подойдя к ней, ткнулся носом в ногу.

– Я в порядке, а вот ей нужна помощь, – я тихонечко рыкнул в сторону близняшки. – Если через полчаса она превратится в плохопахнущую, то убей ее тоже.

– Ну не рычи на меня, Шарик, – тихо ответила Люся, поглаживая меня по голове. Это успокаивало, так что шерсть на загривке потихонечку начала спадать. – Я тоже испугалась.

На улице раздался выстрел, потом еще один. Затем громкий крик и рычание.

– Юра! – Люся рванулась к выходу, но я перегородил ей дорогу.

 – Там Юра, пусти меня!

Я приподнял верхнюю губу, предупреждающе рыча.

– Туда нельзя, там тоже плохопахнущий!

– Хватит гавкать на меня, Шарик. Я должна помочь ему!

Я взял ее руку в пасть и сильно сжал. Потом потянул к дивану, на котором, уставившись в одну точку, завывала вторая близняшка.

– Я тебя не понимаю, Шарик, – Люся вырвала руку из моей пасти. – Что ты хочешь мне сказать?

– Рука! – рявкнул я.