Ангарский сокол: Шаг в Аномалию. Ангарский Сокол. Между Балтикой и Амуром

Смирнов снова начал обдумывать вслух сложившуюся ситуацию.

– Что же, картина немного проясняется. У нас есть слабые эвенки и сильные буряты.

– Буряад даёт соболь халх, – вставила Галдана.

Смирнов вопросительно посмотрел на Кабаржицкого. Тот, пожав плечами, сказал:

– Или монголы или другое племя.

– Русских тут пока что-то не видно. Но Галдана встретила, как мы предварительно определили, в Енисейске своего Трифона.

– Ну, Енисейска там ещё может и не быть, – пояснил Владимир. – И вообще, если всё же опираться на нашу историю, то можно сделать кое-какие выводы.

– Что ты думаешь, Владимир, что за ситуация у нас получается? – подперев голову ладонями, хмуро спросил полковник. – Что это за время такое?

– Я думаю, это не сложно. Освоение Прибайкалья, Ангары – это начало семнадцатого века. С учётом постройки Енисейского острога – первая треть.

– О, чёрт! – Смирнов выразил этим возгласом общее мнение по поводу ситуации, в которую попала экспедиция.

– Но параллельный это мир или наша Земля в прошлом? Этого нам не узнать уже, если только аномалия вновь не откроется, – Владимир высказал вслух свои мысли.

– Володя, а почему мы узнаем, если аномалия откроется? – заинтересовался Сазонов.

– Бредбери описывал такую ситуацию. Эффект бабочки называется.

– Хех, осталось этого дождаться, – подвёл итог разговору Смирнов. – Вячеслав, вам пора уже, если хотите успеть в свой лагерь до ночи.

Инженер забрал Галдану и Владимира, и лодка взяла обратный курс. Сазонов увидел в вещах Кабаржицкого подозрительно знакомые чехлы.

– Володя, это никак спиннинги?

– Да, «Шимано Форсмастер», – заулыбался Владимир. – Всё никак не могу опробовать здесь.

– У-у, это мы тебе предоставим, Володь! И скоро, так что готовься, – заявил Вячеслав.

Мимо проносились высоченные деревья, разлетались в стороны разные птахи при приближении рыка мотора.

– Так, скоро пороги! Внимание! – Сазонов наскоро объяснил Владимиру про опасность прохода между валунами и островками.

– Заливные островки, их весной заливает… Ишь ты! – неожиданно свистнула пара оперённых стрел.

– Пригнись, умник! – Сазонов загрохотал «калашом» в сторону высокой осоки.

Вячеслав одной рукой пригнул за борт лодки Галдану, другой палил из пистолета по теням, еле видимым в вечерней мгле прибрежного леса.

– Давай, Гена, выноси!

К счастью, Гена вынес. Прибыли в лагерь всё же в полной темноте. Фонарь почти не помогал, подплывали практически на ощупь.