Ангарский сокол: Шаг в Аномалию. Ангарский Сокол. Между Балтикой и Амуром

И начальник начал сетовать на самоуверенность Радека при работе с контуром. Соколов возразил, объяснив самоликвидацию перехода ответной мерой самой аномалии. Ведь насильно изменять её размеры, вторгаясь в природу неизведанной сущности, это большой риск. Вячеслав объяснил полковнику, что вины профессора тут нет – от него постоянно требовали расширения контура.

– Николай виноват в том, что поддался на эти требования, – сказал Соколов. – Ему обещали скорое увеличение доступных мощностей.

Повисла пауза, каждый думал о своём.

– Да, кстати! – оживился Вячеслав. – Кашу будешь? Чай?

– Чай буду, кашу не хочу.

– А я поем с твоего разрешения, – Вячеслав разлил по стаканам чай, после чего пододвинул к себе котелок с кашей. – Андрей, а капитан Сартинов как?

– Что-то он совсем плох стал. Боюсь, как бы с ума не стронулся. Сидит в палатке у себя безвылазно, на избы не смотрит даже. Ему девчонки еду носят, а он зверем смотрит. Надо что-то с ним делать, на него же люди смотрят.

Вячеслав пожал плечами:

– Андрей, смотри сам, я не знаю, чем его занять. Но к делу его надо пристраивать. Кстати, на частокол у вас брёвна готовы уже?

– Да, они пока лежат штабелями, плёнкой накрыли, скоро ставить собираемся.

– Всё разметили?

– Да, колышки по периметру вбили, обрыв укрепляем.

– Как с урожаем засеянного?

– У нас всё отлично! Почва богатая – всё растёт, как в Черноземье. На следующий сезон ещё больше засеем, а с третьего урожая уже небольшую часть его можно на питание оставить.

– Это радует. Пока есть консервы и запас продуктов, – проговорил Вячеслав, – мы с голоду не помрём. Главное – не трогать картошку и зерно.

– Да, – усмехнулся полковник. – Я уже понял. Подумать только, вот я дурень, решил консервы экономить, а картошку есть! – Полковник немного помедлил. – Кстати, Вячеслав, тут ещё одно дело, прямо скажем – первостатейное.

– Чего ещё сделать? Железо ещё рано ковать, весной попробую, – улыбнулся Соколов.

– Нет, я не об этом. К Васильеву туземка пришла с ребёнком, – Андрей внимательно посмотрел на инженера. – Зовут её Галдана.

– Ну и хорошо, а нам-то что? – рассмеялся Вячеслав.

– Её сына Трифоном зовут.

– Отличное имя, – хмыкнул Вячеслав, – только почему такое редкое? Не могли попроще подобрать, ну там Саша или Дима, – инженер подмигнул Смирнову.