S-T-I-K-S. Рихтовщик. Пешка в чужой игре

Факелы большой клетки-арены погасли. Остался единственный, чадящий под потолком маленькой клетушки, света которого едва хватало на стол и стул.

– Ишь ты, прям, целое представление устроили, – прокомментировала манипуляции с факелами Шпора.

– Да пофиг, – откликнулся я, подхватывая со стола банку с торчащим ножом. – Я такой голодный, что готов эту тушёнку вместе с банкой умять.

– Сперва живца накати, – потребовала командирша.

Понимая, что спорить бесполезно, я вернул почти вскрытую банку на стол и поднял стакан с подозрительной бурдой.

Понюхал. И довольно крякнул.

Запах оказался гораздо соблазнительнее внешнего вида. От грязно-зелёной жижи пахнуло забористым первачом.

– Смелее, Рихтовщик. Не помрёшь точно, это я тебе гарантирую, – хмыкнула угорающая над моей нерешительностью Шпора.

Я сделал маленький глоточек. И под издевательский хохот наставницы тут же стал остервенело отплёвываться.

Вы когда-нибудь пробовали кошачью мочу? До сего дня я тоже успешно избегал этой сомнительной радости.

– Я те вылью! – пресекла мой естественный порыв Шпора. – Это же живец, придурок! Его не надо смаковать, а одним глотком, как лекарство…

– Да не стану я это пить!

– Хочешь, чтоб я снова завизжала?

– Мля! Достала своим шантажом!

– Рихтовщик, поверь, так надо. Все Игроки живец употребляют! На Континенте без него мигом загнёшься.

– Но это же мерзость!

– Это жизнь, придурок. Пей, давай. Потом спасибо скажешь.

– Сильно сомневаюсь.

– Пей, кому говорят! Живо! Зажмурился, стакан опрокинул, проглотил, и всё кончилось! Делов-то на одну секунду! Пей!

Опрокинул.

Сглотнул.

И тут же залил мерзкое зелье минералкой, за раз оприходовав добрую половину бутылки.

– Ну вот, а ты боялся, – пожурила наставница. И тут же переключилась на любимое занятие – перемывание моих несчастных косточек.

– Рихтовщик, я не поняла. Что там только что было? Что за цирк с конями ты в клетке устроил? Нафига отдал заражённым инициативу и позволил атаковать? Ты ж по показателям куда круче их двоих вместе взятых! Должен был сам вихрем налететь и вломить по первое!.

Нотации Шпоры я заедал тушёнкой, по-походному цепляя её из вскрытой банки ножом. И с каждым съеденным куском буквально физически ощущал, как проясняется в голове. Не знаю, что этому поспособствовало – мясо ли, или проглоченный ранее живец, а может всё в комплексе. Неважно. Главное, в какой-то момент в голове просветлело до степени озарения.