Я из Зоны. Небо без нас

Бежать! Асфальт превратился в сплошную серую полосу. Створки ворот, как в драматическом кино, медленно закрывались. Я заметил, как старый «газик» выбросил клубы дыма и стал набирать скорость.

– Стой! – попытался я крикнуть. Получился хрип. Взмахнул рукой, привлекая внимание караульного на воротах. Он перестал их закрывать, и я просочился между створками. Крытый зеленой клеенкой «газик» повернул налево. Сонные лица в кузове.

Бежать, Новиков, бежать! Машина уезжала, лица стали превращаться с размытые пятна. Бежать!

Я не поверил счастью, машина притормозила.

– Быстрее!

С разбега, не сбавляя скорости, я оттолкнулся и повис на борте кузова. Ударился знатно, боль разошлась волной по грудной клетке. Меня втащили, посадили на грязный пол.

– Новиков, ну ты гоняешь! – сказал чернявый прапорщик, – будто нормативы сдавал! Кстати, Баранов, с тебя пол-литра, говорил же, не струсит Кузьма.

Баранов. Тяжело дыша, я посмотрел на Баранова. Проспорил он! Начмед же говорил, что он заступает на пост! Он в курсе событий, а я грешил на Ременова.

– Ему начмед дал пендаля, вот он и прилетел, – зло сказал Баранов.

Я, с паузами, ответил. Злость: из-за бессонной ночи и от поездки в Зону, и от его понтов, утомили.

– Баран, помню, ты уколов боялся. Думал, что ты от страха в окно сиганешь.

Гогот военных перекрыл мат Баранова.

Прапорщик ткнул мне в плечо кулаком, сказал:

– Баран, давай еще поспорим? Ставлю, что Новиков вернется не раньше, чем через три дня.

– Да от блокпоста не отойдет! – скривил губы Баранов.

Начался спор, и заключение очередного пари. Выясняли и ставили, как на лошадь – когда приду, с чем вернусь, что могу потерять. Больше всего не понравилась ставка – без ушей. Однако я понял, это дежурная шутка, предназначенная для запугивания молодых «духов».

Машина бежала бодро. Я ехал в Зону. Страшную, полную противоречивых слухов и совершенно чуждую моему пониманию.

Я наконец-то отдышался. Что делать дальше? Баранов должен меня вывести за блокпост, в чистое поле. Настроение у него явно недружелюбное. Как заставить действовать и обезопасить себя?

Я повернулся к нему и громко сказал:

– Начмед слово дал, что ты меня проведешь.

Разговоры в кузове стихли.