Терион. Сага о чести и долге

 – Я, если ты уже забыл, являюсь пострадавшей стороной, так что ко мне никаких претензий со стороны местной жандармерии быть не должно. А вот к тебе – к тебе вопросов будет немало. Я в этом уверен.

Словно в подтверждение слов эррендийца, где-то вдалеке раздались сирены мобилей жандармерии.

– Глэйд! – услышал северянин голос Ходдрен. – Надо уходить!

Глэйд в ответ лишь махнул рукой – дескать, не спеши.

– Скоро здесь действительно будут местные законники, – произнёс эррендиец. – Ясное дело, что тогда уже нам не удастся пообщаться.

Поэтому спрашиваю один раз. – Лезвие хьялтара слегка надавило на горло гиштанца, отчего на шее последнего сразу же проступила кровь. – Что тебе известно и кто тебя послал? Гишта далековато отсюда, знаешь ли…

– Тебе-то что до этого, северный ублюдок?!

– Откуда столько желчи? – рукоять меча прошлась по смуглой физиономии гиштанца. – Лично мы не знакомы, я в этом более чем уверен. Так в чём же дело?

– Глэйд! – на улице показалась Кира Ходдрен, держа в руке объёмистую дорожную сумку, которая ещё совсем недавно принадлежала Шадену Дживву.

 – Чего ты копаешься?! Сейчас тут законники будут – тебе оно надо?!

Глэйд перевёл взгляд на иллийку, хмыкнул и совершенно неожиданно нанёс удар эфесом хьялтара точно в переносицу гиштанца. Тот, не произнеся ни слова, кулем повалился на базалитовые плиты подъездного тракта. Неуловимым движением северянин вернул хьялтар обратно в ножны и наклонился, чтобы обыскать гиштанца. Много времени эта процедура не заняла, поскольку при себе у того было крайне мало вещей.

И все они остались при гиштанце, поскольку всё, что было нужно узнать, эррендиец узнал за время этого быстрого обыска.

– А вот теперь действительно пора. – Эррендиец кивнул Кире и заторопился в сторону коновязи. – Есть на чём ехать?

– Есть.

– Тогда давай поторопимся. Законники очень уж любят всякие крючкотворные процедуры, а у меня нет желания отвечать на их вопросы.

– По-моему, ты ранен…

– Всё потом, Ходдрен.

Бывало и хуже.

Они как раз отвязывали от коновязи своих лошадей, когда мимо, завывая сиренами, пронеслись два мобиля эльдеронской королевской жандармерии. Взвизгнув тормозами, машины остановились подле входа в постоялый двор и из них выскочили вооружённые огнестрелами жандармы. Но на эррендийца и иллийку они не обратили никакого внимания.

– Это всё, что было? – спросил Глэйд, взбираясь в седло Ксарана и кивая на дорожную сумку Дживва.

– Да.