Трейдер

Это черно-белая покадровая сьёмка, прежде чем гравитация снова восстановится. Затем мяч неловко падает в нескольких шагах от сетки, американец ругается. Оба приближаются к центру поля.

– Давайте повторим, – говорит Антонио, пожимая руку оппоненту. – Мне не нравится так выигрывать.

– Почему? – Джей качает головой, прикасаясь пальцем к белой ленте, словно лаская её.

– Удача имеет такое же значение, как и талант.

– Удачи не существует, Джей. Ты научил меня этому.

– Забудь то, чему я тебя учил.

– По крайней мере, скажи мне, во сколько тебе обошлись два часа здесь.

 – Антонио придерживает запястье одной рукой и поворачивает его на себя. Джей смотрит на него, нахмурив лоб и опустив уголки рта со скептическим выражением лица.

– Во сколько они тебе обошлись? – повторяет Антонио, перелезая через сетку.

– Ты имеешь в виду, во сколько они нам обошлись, – Джей похлопывает его по спине. – Ты тоже заплатил, и не только потому, что годами зарабатывал нам много денег, но прежде всего потому, что с сегодняшнего дня вы новый партнер и несете ответственность за Европу.

Он делает перерыв, чтобы дать время Антонио переварить новость, а затем, более низким тоном, добавляет:

– Антонио Моретти, вы сделали это!

Джей говорит с усмешкой, но Антонио знает, что это не шутка. Это все правда! Во время долгих дней, проведенных в офисе, или вечеров, потраченных на расчеты и размышления, Антонио ощущал чувство наполненности. Удивление, сюрприз, недоверие, удовлетворение, достижение, всё это теперь бессмысленно.

Он смотрит вниз, на свои ноги. Насколько странно обрести успех и тридцать миллионов в год в шортах и футболке, вспотев, с натянутыми до лодыжек носками и больной кистью? В этом нет ничего эпического. Это всего лишь трюк. Подобно теннисному корту, который является сценой для легендарного спектакля: безмерная победа безобразия, вместе с триумфом, сгоревшим в отсутствие зрителей, перед пятью тысячами пустыми стульями.

– Я думал, ты собираешься что-то сказать, – голос Джея вытряхивает его из потока мыслей.

– А вы, что вы будете делать? – Антонио ограничился вопросом.

– Я иду домой, – ответил Джей

– Вы вошли в состав правления Нью-Йорка?

Джей кивает.

– Убедись, что ты здесь не облажаешься. Я буду заглядывать к тебе из Манхэттена, – он быстро смотрит на часы. – Мне пора идти, иначе Кевин будет настолько пьян, что даже не вспомнит об обмене евро.

Джей быстрым шагом направляясь к выходу. Антонио опускает голову.