Сорок третий номер…

Молодые люди добрались до озер, снарядили неизвестное плавсредство и отправились на Хойту. Ни один из них не вернулся. Поисковые бригады спасателей две недели осматривали с вертолета окрестности. Студенты исчезли бесследно.

Вот почему Туксу было неприятно любое упоминание о проклятой статье.

– Вы верите в эту дребедень? – спросил он насмешливо.

– Как вам сказать, – пожал плечами рыжий. – Я был на острове Хойту.

Юсси Вильевич вытаращился на своего собеседника.

– Я был на острове Хойту? – в своей обычной манере переспросил он.

 – Ну, раз вы живы, значит, точно дребедень. Чепуха все – и старуха, и сокровища. Романтический бред молодой журналистки, не осознающей, какие последствия могут иметь подобные враки.

– Сокровищ я не нашел, – признался мужчина. – Но старуху видел…

– Вы это серьезно?

– Я даже разговаривал с ней. – Рыжий задумался. – Вернее, говорила она, а я онемел от страха.

Тукс вскочил с кресла и зачем-то сделал круг по комнате.

– И что же она вам поведала? – спросил он, остановившись.

– Зачем вам? – Незнакомец сложил газету и аккуратно убрал ее в портфель. – Вы же не верите в эту дребедень.

Редактор фыркнул.

– Знаете, я столько натерпелся из-за той статьи, что тоже считаю себя пострадавшим от старухи в саване, – и он засмеялся коротким смешком, приглашая собеседника разделить его иронию.

Но тому было не до смеха. Он провел рукой по лицу, словно смахивая горестные воспоминания, и пробормотал:

– Все, что сказала мне старуха – сбылось… Моя жизнь рухнула к чертовой матери в одночасье.

А знаете, почему? – Он поднял глаза на Тукса. – Потому что жил скотом… Ну, мне пора… – Рыжий застегнул портфель и поднялся. – Так вы не дадите мне адрес Киры?

Редактор, подумав, махнул рукой:

– Дам…

Женщина в белом домотканом платье, с черной накидкой на плечах смотрела на Киру красивыми темными глазами, полными слез.

– Твой номер сорок три… – шептала она. – Смерть дышит тебе в затылок…

Та сидела, потрясенная до глубины души, и такими же красивыми темными глазами смотрела на экран.

– Это же ты, родная… Это же ты! – Николай сжал ее руку. – Невероятно! Не могу поверить! – Он сам не заметил, что в порыве изумления кричит на весь кинотеатр.

Задние ряды зашикали:

– Хватит орать.

– Ведите себя прилично.

– Наверно, ему пива с попкорном не хватило…

На экране какие-то люди ссорились, кричали, угрожали. Неожиданно у женщины оказался в руках пистолет. Казалось, она вот-вот упадет без чувств.