Наёмник

Одно дело – этот самый «Дворец», в котором, собственно говоря, предавались самым обычным плотским утехам, и совсем другое – всякие притоны для отъявленных извращенцев. Такие места, по мнению Дитриха, следовало выжигать факельными огнемётами, но сейчас у него не было такой задачи.

Тихо урча турбинами, оба вездехода подъехали к большому пятиэтажному зданию, имевшего форму куба, над входом в который ярко горела неоновая вывеска аж на шести языках, а сверху над ней в воздухе висела голограмма, на которой две полностью обнажённые девицы вытворяли невесть что.

– Останетесь в машине? – обратился Дитрих к доктору Родан.

– Разумеется, – отозвалась леронийка. – Мне как-то не очень хочется видеть, что за гадости там происходят.

– Ну, не все так считают! – усмехнулся Дитрих, поднимаясь на ноги.

– Почему вы так часто любите это говорить? Уже второй раз вы мне напоминаете, чтобы я ничего не трогала в кабине.

– Да просто есть у меня кое-какие примочки, которые в неумелых руках могут быть очень опасны, – пояснил наёмник. – Потому и говорю.

– Я не собираюсь экспериментировать с вашими примочками! – фыркнула Аллана. – Если я чего-то не понимаю – то я и не полезу туда.

– Это очень правильно вы мыслите.

Халид Хермани уже поджидал Кесслера возле «Леопарда». Эридуанец несколько разоружился – вместо двух лазеружей у него было только одно, снайперская винтовка исчезла, но зато к поясу были пристёгнуты сразу две кобуры с бластерами.

– Что? – хмыкнул Хермани при виде выражения лица Кесслера. – Это тебе, с твоим-то владением бинду, легко с одним бластером шастать. А я человек немолодой, к тому же, увечный.

– Молчал бы уж, увечный! – усмехнулся Дитрих, направляясь в сторону входа во «Дворец». – А кто чуть ли не одной левой разделал под орех Крига Мешлера на Тувангре-II?

– Было дело, да! – в ответ усмехнулся эридуанец. – Так и Мешлер на тот момент уже был неплохо покоцан местными законниками. Мне всего лишь и оставалось тюкнуть его суггестором и закинуть в багажник.

– Тем не менее, Халид.