Особые обстоятельства

Ты обвиняешься в незаконной торговле военными технологиями Правления и оказании сопротивления при аресте…

– Господин майор, – подал голос полицейский, чья «кобра» упиралась в спину Туки, – он вообще-то не оказывал никакого сопротивления. Я просто свалился на него из «Грифона», вот и всё.

– Хорошо, этот пункт обвинения можно убрать. Однако первый пункт перевешивает второй. Огласить приговор?

– Каторга… – просипел Туки.

– Причём пожизненная. На Крематориуме или где-нибудь на окраине Треугольника, скажем, в Туманности Серый Мешок.

Как, нормально?

– Нет, не нормально! – просипел Туки. – Я же ничего не сделал!

– Да ну? – удивился Риггер. – А диск, который ты взял у корвианца и за который ты ему заплатил? Тебе известно, что на нём содержится?

– Э-э…

– Известно. – «Безпол» рывком поставил кжева на ноги и укоризненно покачал головой. – Технология производства дальнобойных лазерных орудий является государственной тайной Корпоративного Правления, а вот за это уже не каторга светит, Туки – за это светит эшафот или газовая камера.

Скорее, эшафот. Газовую камеру ещё заслужить надо, Туки.

– Но я же никому не передал эти чертежи! – заныл Туки.

– Этого ещё не хватало! – окрысился дарханец. – Кому ты собирался передать информацию, которую тебе этот гадёныш сбагрил?

– Никому…

– Туки – ты не строй из себя дебила. – На улицу вышел Ниллис, таща за собой ещё не до конца пришедшего в себя Флая. – Ты этому уроду заплатил платиновой карточкой Банка Правления, на которой находится пятьдесят тысяч солов.

Солидная сумма, хвост эксола тебе в жопу! Кто же, интересно, готов заплатить такие деньги за секретную информацию?

– Я правда не знаю! – снова заныл Туки. – Мне передали эту карточку на Гании, в космопорту Эль-Алауи.

– Гания … – Риггер покачал головой. В целом, жители Ганианского Эмирата были довольно интересными и спокойными людьми… если к власти не приходил какой-нибудь фундаменталист. На Эльсиноре хорошо помнили ганианский мятеж неоисламских фундаменталистов в 3411 году, когда тогдашний правитель Гании шейх Мохаммед Зин Али аш-Хашрауи отказался подчиниться требованиям властей Эльсинора привести ганианское законодательство в соответствие с нормами Корпоративного Правления.

Некоторые пункты тамошнего Уголовного Уложения не соответствовали статусу свободной ассоциации, однако аш-Хашрауи, будучи приверженцем наиболее радикальной ветви неоислама – зульфикарианства – наотрез отказался подчиняться требованиям Эльсинора.