Серые будни богов

Всю поверхность жилета покрывал традиционный для зульгарцев орнамент. На массивных ручищах, от кисти до локтя, красовались кожаные наручи с металлическими шипами. Ленгмар мог бы поспорить, что каждый такой наруч с легкостью застегнется на талии Фрулиссы заместо корсета. Тяжелый взгляд Зафира мог бы пригвоздить к месту любого. Любого, но не Айвара. Князь, ничуть не смущаясь, разглядывал здоровяка, как если бы выбирал коня на базаре.

– О, что вы, что вы… – Сальман расплылся в примиряющей улыбке. – Зафир охраняет меня за пределами ваших земель.

– Тогда почему вы не оставили его в своем лагере? Зачем он здесь?

– Зафир не только мой телохранитель, – Сальман гордо выпятил грудь и неопределенно поводил в воздухе пальцем с дорогими перстнями. – Я планирую выставить его на ежегодных боях… Мне казалось, вы человек сведущий и хорошего бойца оценить сумеете. Я уверен, именно он победит вашего Грома.

Зафир казался изваянием, спокойно и с достоинством взирающим на суету вокруг.

– Грома? Победит? Ха! – Айвар хохотал, периодически срываясь на кашель. Лицо побагровело от усилий. – Фрулисса, золотце, ты слышала? Он победит… Грома!

Жена Айвара сдержанно хихикнула и, подыгрывая мужу, добавила:

– Надеюсь, у вас есть запасной телохранитель. А то вдруг с этим что-нибудь случится.

– В точку, дорогуша, – Айвар смахнул выступившую от смеха слезу. – У вас, зульгарцев, отменное чувство юмора.

– Я уверен, вы зря смеетесь, – Сальман вскочил со своего стула и стал расхаживать вокруг телохранителя, то и дело похлопывая по груде мышц под жилетом.

– Ну, хватит. Довольно. Я же умру со смеху.

– Зафир лучший боец, что мне попадался, и череда побед вашего Грома прервется.

– Чтобы победить Грома, ему понадобится чудо.

– Что вы, нет. Ничего такого. Зафир не пользуется магией. Вы посмотрите на его мышцы. Ему это просто ни к чему.

– Я сказал чудо, а не магия! – князь резко посерьезнел.

– В смысле? – растерянно моргнул Сальман. – М… Магию?

– Я же сказал! – кулак князя грохнул о стол. – Ни слова об этой мерзости.

– Прошу прощения, я не хотел вас обидеть. Просто у меня на родине ма… э-э-э… – Купец старательно подбирал слова, чтобы не спровоцировать новую вспышку гнева. – Эта мерзость, как вы изволили выразиться, не вызывает столь негативной реакции.