Проклятый мир (сборник)

Нам здесь нравится, и мы хотим получить эту работу, находясь рядом с парнями. Работа с ними – для нас огромное удовольствие, а находиться под вашим руководством великая честь, – заявила Олеся.

– Это честь для меня, но теперь вы будете редко меня видеть. Я должен быть на работе, ведь я должен маскироваться, – ответил полковник.

Он изложил девушкам их работу и сказал, что сам находится в секретной службе вместе с заклятым врагом патриотов, поэтому полковник делал рискованную работу. Косарев успокоил девиц, сказав им, что все схвачено, и он хорошо замаскировался и не откроется, а будет через своих людей информировать их.

Парни очухались и выразили недовольство дерзким поступком любимых девушек, которые наградили их сильным ударом просто так. Но позже девчонки успокоили их и решили загладить свою вину в постели, обещав начать в скором времени обучение под руководством парней. Девушки прижались к парням и потерли им лицо, приложив лед к побитому лицу.

– Черт, девчонки, а вы крутые девицы. Мы так давно не испытывали женской ласки и не наблюдали вообще женщин с обнаженными телами. Без вас «на зоне» было невыносимо. Там вообще девок не было, а были грязные и вонючие бомжи с кошмарными манерами и отвратительным характером. Ненавижу зэков, – высказался Алекс.

– Точно, но вы ведь тоже не скучали. Хоть у вас была целая рота солдат и командиров, которыми можно было помыкать, – подколол их Ганн. – Они с радостью стояли в очередь к вам, чтобы переспать. Так было, признавайтесь?

– Ты все опошлил, Ганн, как всегда, ведь солдаты нас не интересуют. Приходили грубые и некультурные командиры, солдафоны, как мы их прозвали и имели нас во всем щели, особенно этот упырь Блоха. Потом мы перевелись после того, как он нас изнасиловал, но мы оставили ему пометку на всю жизнь, – рассказывала Алиса.

– Да, мы заразили его сифилисом или триппером, это не важно, и после этого он стал импотентом. Но мы это позже узнали, ведь после скандала нас положили в больницу вместе с ним, где он получил свой приговор и заработал еще и почечную болезнь. Теперь пьет горькую бурду. Мы слышали это в лазарете от солдат, которые посмеивались над ним. Он мучился и страдал долго, проклиная нашу встречу.