Проект «Нужные дети»

Похоже, Рысь не ошибся: Зухель может оказаться весьма полезным для научного центра, шефство над которым с недавних пор взял на себя клуб «Перун» по просьбе своего куратора – депутата Госдумы.

– Скорее всего, – кивнул Зухель. – Это связано, прежде всего, с тем, что у физически сформированного организма большая часть генетического аппарата блокируется, видимо, чтобы не мешать работе основных локусов. В растущем же организме картина обратная – мало ли что может потребоваться в развитии. Поэтому основной массив генетической информации потенциально остается доступным для использования.

– И вы открыли эти пароли?

– Вернее будет сказать, я знаю алгоритм подбора паролей.

– И это именно то, что вы бы хотели скрыть от… широкой общественности?

– В общем, да. Достаточно представить спектр открывающихся возможностей…

– Скажите-ка, Иннокентий Абрамович, – Белогор задумчиво потер пальцем кончик носа, – а сколько еще людей знает о вашем открытии?

– Ну… суть работ понимали все сотрудники лаборатории.

– Что не только вам может угрожать опасность.

– Вы правы. Собственно, после исчезновения Виктора Раскова я и кинулся искать… защиты.

– Кто такой Виктор? Ваш помощник?

– Да… Моя правая рука. – Зухель горько рассмеялся. – А знаете, мне лишь сейчас пришла в голову мысль: не Виктор ли всему виной?

– Почему вы так думаете? – насторожился Белогор.

– За неделю до своего исчезновения он убеждал меня в необходимости дополнительного финансирования лаборатории. Дескать, от Академии наук помощи не дождешься, но есть весьма заинтересованные люди, готовые раскошелиться. В обмен на результаты, разумеется. Я ему тогда резко ответил в том смысле, что открытиями не торгую…

– Ага. В таком случае почему вы назвали своим врагом государство?

– Потому что мне позвонили. Два дня назад. Он сказал, что представляет некую научную группу, работающую на правительство, и настоятельно рекомендовал присоединиться к ним.

– А в чем закавыка? – прищурился Белогор.

– В том, уважаемый волхв, что моя лаборатория тоже работает… работала на правительство. У нас был грант. – Зухель снова усмехнулся, повертел в пальцах пепельницу со стола.

– Что же произошло?

– Сегодня утром лаборатория сгорела. Хотя гореть там особо было нечему.

За столом повисла неловкая пауза.