Фисташки. Сборник рассказов

Для этого, оказывается, не только духовные силы нужны или их отсутствие, но тут я понял, и это – главное: физические силы нужны, спокойная возможность все сделать правильно! Думать об этом, когда я рубил рыбе головы я еще мог, но физически что-нибудь сделать, я уже был не в состоянии.

– А за борт броситься? – спросил нетактичный Макс.

– Там холодно, вода ледяная, брр, – пояснил, поежившись, Лысков.

– А-а, – удовлетворился объяснением Макс.

Лысков помолчал немного; мы с Максом тоже.

– А, знаете, что самое удивительное в этой истории, – спросил Лысков и сам, после небольшой паузы ответил:

– Самое удивительное то, что ни одна зараза на корабле не спросила меня про ту ночь.

– Так может они не догадывались, что ты, типа, «лох»? – спросил я.

– Сначала, может, и не догадывались, но потом-то я неоднократно вахту за штурвалом стоял.

– И, что?

– Да ничего, только посмеивались, ну и учили потом, что и как.

– Кстати, команда оказалась профессиональная, грамотная. Каждый знал свое место, свои функции. Капитан непонятным чутьем находил "жирные" косяки рыбы. Матросы живо спускали и вытягивали трал. Мы несколько раз за рейс забивали трюм под завязку. Шли, сдавали рыбу и быстро возвращались. Дизель на траулере работал, как часы: механик был супер.

– Ну, а ты? – спросил Макс.

– Да, и я влился, в итоге, в коллектив – не мог не влиться!

– Ну, а про ночную историю ты сам им рассказывал? – спросил я.

– Я? Нет! Что я – дурак, что ли? Им лучше об этом не знать, – протянул Лысков и испытующе посмотрел на Макса.

– Могила, – уверил Лысинького Максимиллиан.

– Да, бросьте вы, – после некоторого размышления, сказал я. – Ничего бы тебе они не сделали, даже если б ты все им и рассказал.

– Это почему? – спросил Лысков.

– Ну, ты же сам говоришь, что команда сразу поняла, что ты лох в морском деле.

– Ну!? – не понимал Лысков.

– Фаталисты, – сообразив, задумчиво произнес Макс.

– Фаталисты,– подтвердил я.

– Фаталисты, моренисты, смертники, – уже ниспуская на себя, забытое за время этого "небольшого" морского приключения всегдашнее свое равнодушие, улыбаясь, заключил Лысков и потянулся за водкой.

П.С.

Наш друг скоро пропился до нитки и опять ушел в море.