Метро 2033. Ладога

– Ну, так, по-всякому, – Громов пока не до конца понимал, что происходит, но дверь за собой закрыл.

– А ты сходи, проверься лишний раз, – сказал полковник в полный голос, а потом добавил шепотом: – Садись и читай.

Иван взглянул на текст, написанный Бодровым, и едва сдержал удивленный возглас.

– Твою ж дивизию! – вырвалось у него.

Полковник зашипел на товарища.

– Вот, видишь? Нервишки шалят, дружок, – произнес он с отеческой заботой. – Сходи к Жанне, пусть давление померяет. А то мало ли.

Тем временем Бодров вывел на листе: «Пиши ответ».

После этого полковник отдал гостю карандаш. Громов на мгновение задумался, стараясь сформулировать свои мысли как можно короче, и принялся быстро заполнять оставшуюся часть листа. При этом он громко рассуждал о своих болячках, травмах и приступах бессонницы, а Дмитрий Александрович сопровождал это сочувствующими вздохами.

Наконец, странный военный совет закончился. Иван пожелал другу доброго здравия и вышел, нарочно хромая сильнее обычного.

Если бы кто-то в это время стоял за дверью, то ничего бы не понял.

Точнее, понял бы, что два немолодых мужика обсудили старые болячки. Подозрений подобный разговор вызвать не мог.

Он и не вызвал.

События между тем развивались стремительно. Уже спустя полчаса Громов встретился в баре «Сытый Сева» с Денисом Воеводиным. Иван сказал Дэну всего несколько коротких фраз. От каждой из них у того глаза лезли из орбит, но он сдерживался и молчал. В баре в это время было полно народу, стоял шум-гам, никто не расслышал, как один офицер-оккер шепнул другому:

– Пора действовать.

С богом, Дэн.

После этого Воеводин пошел в жилой блок и постучался в дверь с номером одиннадцать. В тесном и душном помещении стояли в ряд пять двухъярусных кроватей. Здесь проводили свободное время девушки, служившие в общине охотниками. Всего десять человек. Охотницы уживались более-менее спокойно, лишь иногда ругались из-за вечно занятого туалета.

Когда Денис вошел в комнату, Диана лежала на втором ярусе кровати и с хмурым выражением лица изучала узор из отвалившейся с потолка штукатурки.

Классическая ситуация. Дело было вечером, делать было нечего. Соседки ее занимались своими делами. Кто-то спал, кто-то чистил ногти или штопал одежду. Другому мужчине не позволили бы так просто войти сюда, наверняка подняли бы визг. Не лезь, мол, в женскую общагу. Но Воеводина все знали, многие ходили с ним вместе на охоту, поэтому пустили без вопросов, даже обрадовались гостю.