Метро 2033. Ладога

Но сейчас она была рада увидеть человека, олицетворявшего волю Совета. Его появление давало надежду на перемену к лучшему.

Пес глашатаю не обрадовался, процедил сквозь зубы:

– А, явился, губошлеп.

За спиной Валентина стояли сразу трое громил. Видимо, Сбруев всерьез опасался Игната.

– Приказ Совета, – заговорил глашатай своим обычным нудным голосом. – Сталкера Псарева и медсестру Чайку освободить из карцера…

От радости Алиса взвизгнула и закружилась на одной ноге, Игнат тоже широко улыбнулся.

– И отправить со специальным заданием, – продолжил Валентин, никак не отреагировав на их бурную радость.

Девушка сразу сникла. Улыбка медленно сползла с лица Пса. Они переглянулись.

– С каким заданием? – переспросил сталкер. Он уже догадался, что они попали из огня да в полымя.

Но Сбруев не удостоил Игната ответом.

– Увести! – распорядился Валентин и исчез за ближайшей дверью.

Два мордоворота взяли сталкера под руки и повели к выходу из бункера.

– Кажется, жопа только начинается, – услышала Чайка реплику мужа.

* * *

За долгие годы жизни в метро сталкер привык, что офицеры редко утруждают себя пояснениями к приказам. Надо – значит, надо. И точка. Ни сталкер Борис Молотов, с которым он работал до осени 2033 года, ни капитан Гаврилов, в чье распоряжение поступил Игнат после исчезновения Молотова, не тратили время, разъясняя подчиненным детали какой-либо операции.

Но порядки в бункере «Кирпичного завода» превзошли все, с чем Пес сталкивался раньше. Им вообще ничего не объяснили. На вопросы отвечали односложно или вовсе не отвечали. Их вытолкали в помещение, где готовились к рейдам лесорубы и охотники. Дали теплую одежду и арбалет.

– Нас двое. Она че, глазками стрелять будет? – съязвил Игнат, поняв, что больше оружия им не дадут.

– А ей и не надо, – прогудел Лютый и сунул Алисе походную аптечку.

Кроме сталкера и его жены, здесь находились еще трое. Двое местных и боец Оккервиля по фамилии Свирский. Он ходил охотиться вместе с Игнатом. Псарев обрадовался, увидев знакомое лицо.

– Здарова, Пашка. А тебя за что? Тоже дебош устроил?

Свирский пожал плечами. Его репутация была безупречной. Павел вел аскетический образ жизни, брагу не пил, по барам и бабам не шлялся. Он вообще крайне редко что-то говорил.