Великое Нечто

Чувствовалось, что он болтун редкостный и выговориться ему хочется больше, чем переспать с ней.

– Как вас зовут? – Собеседник вдруг спохватился, что не дает ей и рта открыть.

– А я Константин Львович, Константин Львович Крыжинский. Искренне рад знакомству. – И толстяк попытался поцеловать Лирде руку, но та вдруг неожиданно повисла у него на шее. Толстяк удивленно хрюкнул, одновременно шокированный и польщенный.

– Ну что вы, что вы… Я очень рад. Вы очень хорошая девушка, – бормотал он, чувствуя уткнувшиеся ему в живот округлые груди и нерешительно поглаживая Лирду по спине.

«Подвалило так подвалило», – размышлял он, торопливо свинчивая с пальца кольцо.

Между тем Константин Львович с легким разочарованием обнаружил, что никто на них не смотрит, прохожие спешат по своим делам, и единственное живое существо, созерцающее его триумф, – большая лохматая собака, неизвестно откуда взявшаяся в центре города.

Конечно, Крыжинский не знал, что Лирда только что спасла ему жизнь.

Единственным способом остановить упреждающий удар кнорса было показать этому жестокому стражу, что она сама является инициатором физического контакта. Если бы Лирда не повисла на шее у бедняги прежде, чем он коснулся губами ее руки, от толстяка не осталось бы даже солнцезащитных очков. Девушка только тогда перестала обнимать толстяка, когда убедилась, что вытянувшееся в прямую линию облако приняло привычные расплывчатые очертания.

– Простите, Константин Львович, – сказала Лирда.

– Отчего же… Кхм… Мне понравилась ваша непосредственность. Например, в Дании или Голландии, в странах, с которыми я работаю, – это норма жизни. Вы бывали в Дании?

– Пока нет, – честно призналась Лирда.

Константин Львович вздохнул с легким облегчением и уже бодрее продолжал:

– Так вот, Лидочка, в Дании все совсем по-другому. Там, например, при первой же встрече мужчина может пригласить девушку в кафе выпить кофе или легкого вина… Можно мне пригласить вас в кафе? Здесь недалеко есть замечательное местечко, тихое, интеллигентное…

И Константин Львович замер, очень довольный собой.

– У меня машина, – добавил он, видя, что его случайная знакомая сомневается.

– Машина? О, здесь у меня печальный опыт, – поморщилась Лирда, но, взглянув на жалкое лицо толстячка, позволила тому проводить ее к новенькой белой «Вольво».