Шоу должно продолжаться

Влюблённый в Иру по уши он пытается прочитать что-нибудь в её глазах, но теряется в этой буре эмоций.

– Что случилось? – выдавливает из себя Андрей.

– Ничего, – вздыхает Ира, – почти ничего. Просто я подумала, что нам лучше остаться просто друзьями.

«Просто… просто…» – звучит у него в ушах, а смысл сказанного никак не доходит до ума.

Когда Андрей, наконец, понимает смысл этой страшной фразы, он начинает что-то возражать, но слова не желают вылезать из горла, и до слуха Иры долетают еле внятные отрывки:

– Нет… Но почему? Я тебе не нравлюсь? У тебя есть другой? Я тебя чем-нибудь обидел? – Я исправлюсь… Только не бросай меня!

Он знает, что слова его звучат по-идиотски, да и чувствует сейчас себя полным идиотом, но он слишком любит Иру, чтобы отпустить её.

– Нет, ты меня ничем не обидел, – взгляд карих глаз становится ледяным. – Просто нам надо расстаться. Так будет лучше для обоих.

– Ирочка, я… – Андрей запнулся. Шестым чувством он уже понимает, что ничего не изменить, и лучше всего – встать и уйти.

– Всё, – говорит Ира, – сейчас тебе лучше уйти. – И всё же красной нитью в её действиях проскальзывает сомнение: а правильно ли я делаю?

Совершив над собой усилие, Андрей поднимается с дивана. Его шатает, словно он напился с раннего утра.

– Друзей так не прогоняют, – выдавливает он из себя, а мысленно добавляет: даже псов так не прогоняют.

Он выходит из Ириной комнаты; сзади пистолетным выстрелом щёлкает задвижка.

Всё, – думает Сабуров, – Всё кончено.

Но вместо того, чтобы сразу направиться к выходу из квартиры, Андрей проходит на кухню. Ему потребовалась вода – смочить пересохшее горло.

На кухне он видит мать Иры, суетящуюся возле плиты, а у окна, за завесой из сигаретного дыма – своего лучшего друга – Пашку Стержнева.

Женщина оборачивается к Андрею.

– Ты должен был сразу признаться моей дочери, – говорит она, размахивая лопаточкой для жарки. – А так, – ты обманщик, дорогой мой человек!

Она продолжает заниматься стряпнёй.

– Я не знал, что ты не говорил им, – Стержнев протягивает слова, будто бы наслаждаясь моментом. – Вот и проговорился. Извини, Андрюш, ладно? Не держи на меня зла.

Андрей даже забывает, зачем зашёл на кухню. Он опрометью бросается из квартиры; рыдания не позволяют вздохнуть полной грудью.