Шоу должно продолжаться

Идём!

И они пошли дальше. Второй предупредительной таблички они попросту не увидели. Вскоре, когда почва стала совсем уж податливой, Лиля хотела сказать, что больше она не сделает ни шагу, но тут они увидели небольшой пруд.

– Во! – обрадовался Гарик. – Пройдём по краю немножко, там нас точно никто не найдёт, и я тебе такую жаркую оргию устрою, что…

Договорить он не успел, потому что сделал шаг, и тут же провалился в открывшуюся трясину по самые плечи.

– Помоги, – сначала шёпотом, – затем громче. – Помоги!

Женщина схватила его за руки и потянула на себя, но почувствовала, что сама начинает соскальзывать в топь.

Помогло. Трясина нехотя отпускала Гарика. И вот, когда казалось, что опасность миновала, Гарик прошептал омертвевшим голосом:

– Лилечка, меня кто-то тянет за ноги.

– Что? – не поняла женщина.

Лицо парня находилось не более, чем в десяти-двенадцати сантиметрах от её собственного.

Большего она разглядеть не успела, так как того будто бы с чудовищной силой дёрнули обратно вниз. Даже звука не успело сорваться с его губ. Лиля ринулась за ним, и сама едва не ушла в вязкую жижу. Тут над поверхностью показалась рука. Женщина вцепилась в неё, и, что было сил, потянула на себя.

Бесполезно.

Ещё сильнее. Вроде бы начало получаться. Тогда она собрала всю оставшуюся энергию и дёрнула торчащую руку.

Тяжести больше не существовало.

Она лежала на берегу болотца и судорожно сжимала оторванную руку.

Рука была тёплой на ощупь, но с другой стороны белела кость.

Лиля воззрилась на то, что осталось от её любовника.

В груди уже созревал крик.

Пальцы оторванной руки сжали ладонь женщины, словно в прощальном смертельном рукопожатии.

Лиля закричала, обезумев от ужаса.

Оторвала от себя руку, как пиявку, и, борясь с острым приступом рвоты, с омерзением бросила её в трясину.

Трясина приняла эту подачку.

8

– Я бежала со всех ног, – лепетала Лиля, захлёбываясь слезами, – в жизни так не бегала.

Рыдания вновь задушили её. Влад успокаивал женщину, как Дмитрий до этого.

– Ислан, – обратился он к кавказцу, стоящему невдалеке, – отведи её в номер, и дай вот это, – достал пару таблеток элениума. – Успокоительное, – ответил он на немой вопрос остальных, – сам принимаю. Пусть поспит немного.