Ошибка грифона

Барбаросса первым заметил Арея и замахал ему рукой:

– Арей! Иди сюда! Смотри, что у меня есть!

«Сейчас будет хвастать палкой», – подумал Арей.

На сосну в руках у Барбароссы он смотрел без всякого интереса. Он вообще не понимал этой тяги к палкам и камням, которая появилась у большинства стражей совсем недавно. Этим дубинам даже слово уже выдумали: «оружие». Но против кого его использовать? Друг против друга? Против зверей и птиц? Но ведь и звери и птицы совсем недавно были друзьями и до сих пор помнят это.

Если захочешь, можно подойти к любому льву, велеть ему открыть пасть и ощупать его клыки. И лев будет как кот тереться о твои ноги.

Арей вспомнил, как в мир впервые пришел страх. Кводнон нашел жука. Жук был черный, огромный, с длиннющими усами. Он сидел на ладони у Кводнона и ощупывал ее усами, видимо пытаясь осознать, где находится, и не отыскивая в своем разуме объяснений. Кводнон долго смотрел на него, потом вытащил из костра короткую, заканчивающуюся угольком палочку и коснулся одного из жучиных усов.

Ус мгновенно свернулся, образовав у основания плотный комок сгоревшей плоти. Жук подпрыгнул и заметался по ладони, то и дело касаясь сгоревшего усика лапкой.

– Ему больно! – закрывая рукой глаза, воскликнул Вильгельм.

– На самом деле мы понятия не имеем, что испытывает жук. Не исключено, что наслаждение! – заметил Кводнон и потянулся палочкой ко второму усу. Все стражи стояли рядом и, вцепившись друг в друга, смотрели, как Кводнон касается второго усика. Потом Вильгельм зарыдал и убежал.

– Неправда! Ты знал, что ему больно! – крикнул он издали.

– Допустим, я догадывался! – признал Кводнон. – Но я хотел проверить свои ощущения. Будет ли мне так же приятно причинять кому-то боль, как это было в первый раз? Нужно все испытать, все попробовать.

Теперь Барбаросса бегал вокруг Арея, показывал ему палку и делился впечатлениями, как можно ее использовать:

– Если на меня кто-то нападет, я ему ка-а-ак дам!

– А кто на тебя нападет-то? – спросил Арей, и Барбаросса озадаченно замолчал.

Такой вопрос, как видно, не приходил ему в голову.

– Ну кто-нибудь… – буркнул он разочарованно. – Можно же попросить кого-нибудь напасть! Ну в шутку!

– Вильгельма! Он тут главный злодей! – сказал Арей.

Застенчивый Вильгельм зарумянился как девушка и сдул со сгиба руки ночного мотылька. Касаться его пальцами он не рискнул, чтобы не повредить пыльцу.

Арей вспомнил, что и палку первым додумался взять именно Кводнон.