Муравьиный лабиринт

Когда Алиса убрала кофту, Бинт перестал пугаться и позволил вывести себя из пегасни.

– Дебил! Чтобы тебя на консервы забрали! – напутствовала его Алиса.

– Спокуха, чудо былиин! Слезами деду не поможешь, – подмигнув, сказал Ул.

Алиса громко фыркнула, да так, что ей отозвались сразу три пега и одна Фреда. Это было так неожиданно, что многие расхохотались.

– Прикольно, – сказал Сашка.

Алису бросило в краску. Как многие обидчивые люди, она плохо отличала, когда смеются над ней, а когда над смешной ситуацией, в которую она вовлечена.

– Ах так! Ну и прекрасно! Всем весело, и это замечательно. Замечательно, когда всем весело! – сказала она стершимся от негодования голосом.

Улыбки тех, кто окружал Алису, разом выцвели. Алиса была мастером истерик всех видов – тихих и громких. Ну с громкими понятно, а суть тихой истерики состояла в том, что она говорила спокойным ровным голосом и говорила будто бы правильные вещи, но почему-то через тридцать секунд всем хотелось разорвать ее в клочья.

– Я, пожалуй, пойду вынесу мусор, – Сашка наклонился, чтобы взять ведро, но в его ручку уже вцепился Кирюша.

– Нет, я вынесу! Я! – крикнул он.

Ул, почесывая нос, наблюдал, как два юных шныра с сопением выдирают друг у друга ведро.

– Чистоплотность – это, чудо былиин, великая вещь! Самыми богатыми людьми через шестьдесят лет будут те, кому принадлежат помойки. Куча ресурсов. Радуйся – не хочу, – сказал он одобрительно.

– Придурки! – сказала Алиса.

Ей стало так себя жалко, что ее чуть не стошнило. Она швырнула лопату и, на бегу наматывая на шею шарф, выскочила из пегасни.

– Пошла травиться фосфорными спичками, – сказала Фреда.

– Обиды в тактически верный момент обидами не считаются. Ей конюшню неохота убирать. Вот увидишь: к ужину всех великодушно простит, – отозвался Кирюша. Во всем, что касалось психологических форм отлынивания, он был исключительный спец.

В отвратительном настроении Алиса шла в корпус, как вдруг ей пришло в голову, что в корпусе она обязательно натолкнется на Суповну. А для Суповны любой незанятый шныр шатается без дела, и его надо немедленно припрячь.

Не доходя до корпуса, Алиса резко развернулась и отправилась в Зеленый Лабиринт. Лабиринт был одним из двух мест, которые она любила. Второе – Копытовский морг, он же паталого-анатомическое отделение при местной больнице.