Билет на Лысую гору

Хаврон, однако, так не считал.

– Но не в одной же комнате!.. Иметь старшую сестру – это такое уродство. Мне было тринадцать, когда к Зойке начали ходить всякие кретины! Толклись здесь целый день, сидели на моей кровати, ломали мои ролики, ржали как кони… Порой мне хотелось одолжить у кого-нибудь ружье! А потом завелась эта белобрысая мелочь со сколотым зубом, и стал вообще атас! – сказал Хаврон недовольно.

– Ну-ну. Не жалуйся. Помучайся еще лет десять. Когда тот маленький мальчик, что болтается в рамке, войдет в силу, комнат у вас будет побольше.

Эдя недоумевающе заморгал. Слова феи он воспринял как глупую шутку.

– Как это?

– Думаешь, тесновато будет? Ну тогда переселишься в Версаль!..

– Очень он мне нужен. Лучше я повыгоняю всех из нашего подъезда, поломаю тут все перегородки, посажу пальмовый лес, а сам буду качаться в гамаке и есть бананы. На крыше же помещу снайпера, чтоб он отстреливал всех, кто хотя бы издали похож на жениха! – сказал Эдя.

Порой он фантазировал в этом направлении, так что тут у него все было разработано до мелочей.

– Как скажешь, – послушно сказала фея. – Я бы и сама могла тебе все это устроить, но, боюсь, что мне не стоит особенно светиться с магией. Вот моя сестра – другое дело. Иногда ее несет, и она начинает делать глупости.

– Хм… А как вас отличить? Ну тебя и сестру? – спросил Эдя заинтересованно.

– Меня и сестру? О, ты нас не спутаешь, не волнуйся! Я худею, а эта свинья обжирается. Именно из-за нее моя талия почти равна моему росту. Я курю, а она ненавидит курево. Она пачкает мои волосы! Пользуется кошмарными духами! Ссорится с моими друзьями! Ну и многое-многое другое!.. Единственное, что меня утешает – то, что в последнее время мы не общаемся. Когда есть я – нет ее. Когда есть она – нет меня, – заявила Трехдюймовочка.

– А она меня не прикончит? – спросил Эдя с сомнением.

– Пусть только попробует! Я начерчу на тебе знак, и она поймет, что ты лопухоид, находящийся под моим покровительством! – решительно сказала Трехдюймовочка.

Она подняла веер и, прежде чем Хаврон успел сообразить, что она собирается сделать, быстро начертила в воздухе какой-то знак. Эде почудилось, будто его груди коснулось что-то жгучее. Он вскрикнул, схватился за грудь, но странное ощущение уже исчезло.

– Не надо пугаться! Это мое личное магическое тавро.