Вороний Яр

А мне ещё надо до начальника дойти. Спокойной ночи!

Он положил на стол коробок спичек и пошёл к двери.

– Спасибо, Тимофей! И тебе хорошо отдохнуть, – ответил Родион, слушая, как стихают за дверью шаги.

Наступила тишина. Тихо тикали на стене гиревые часы. Стрелки показывали десять минут третьего. Родион хотел поразмыслить над всем, что с ним сегодня произошло, однако почувствовал, как проваливается в забытьё. “Утро вечера мудренее”, – сказал он себе, привстал на кровати и, потянувшись к лампе, затянул фитиль.

Затем повернулся на бок и через несколько минут тихо засопел.

Проснулся он от того, что трещала голова и жутко хотелось пить. И ещё от какого-то странного чувства чьего-то присутствия в комнате. Он поднялся, подошёл к баку, зачерпнул ковшом воды, напился. Остатки вылил на голову. Затем вернулся к кровати, поправил повыше подушку, устроился полусидя-полулёжа и вдруг увидел сидящую на стуле за столом женщину. Её лицо в полосе бледного лунного света, пробивающегося между занавесками, показалось ему до боли знакомым.

Она молча смотрела на него, поблёскивая красивыми глазами, и, казалось, едва заметно улыбалась. Две волны шелковистых тёмных волос спадали ей на плечи. “Проводница! – осенило вдруг Родиона, – Ей-богу она! Но как же она сюда попала?” Некоторое время они молча разглядывали друг друга.

– Доброй ночи, сударыня! – сказал, наконец, Родион, – Или уже с добрым утром! Меня Родионом зовут, можно просто Родя. А вы кто будете, и какими судьбами ко мне в гости?

– Анфиса я, – тихо ответила она тихим приятным полушёпотом, – Остальное узнаешь скоро, не время пока.

Родиону вдруг показалось, что в выразительных глазах её появилась какая-то нестерпимая грусть. Она встала, тихо подошла к двери и, повернувшись к Родиону, сказала:

– Ты спасёшь меня, Родя. Это трудно, но ты сможешь. Только ты. Если же решишь, что не по плечу тебе, то бежать тебе отсюда надо, добрый молодец. Тогда я тебе помогу.

Сказав это, она бесшумно выскользнула за дверь. Родион схватил со стола спички и босиком выскочил в коридор.

– Да погодите, куда же вы!

Он чиркнул спичкой. Пляшущий свет маленького пламени озарил коридор: в нём никого не было. Родион быстро прошёл в сени: и там никого. Он, поёживаясь, вышел на крыльцо, припорошённое тонким слоем снега, внимательным взглядом обвёл двор – никого. И, главное, никаких следов. Он, плавя босыми пятками снег, подошёл к краю крыльца, отлил. Ещё раз оглядел залитый щедрым лунным светом белый двор.