Шедевры остроумия

Мне, как трижды лауреату премии «Золотой телёнок» «Литературной газеты», Валентин Гафт посвятил мягкую и тонкую эпиграмму:

Повезло тебе, придурку,

Что попал в «Литературку».

Эта добродушная, а главное, интеллигентная эпиграмма мне очень нравится.

* * *

Будущий папа Иоанн XXIII в своё время занимал должность папского нунция во Франции. На некоем дипломатическом приёме ему пришлось подойти к дверям одновременно с главным парижским раввином. Каждый из них желал уступить дорогу другому, а потому возникла некоторая неловкость.

– Проходите, проходите, – сказал будущий папа, – Ветхий завет всегда идёт впереди Нового…

* * *

Папа Иоанн-Павел II совершал визит в Польшу. Когда папский самолёт взлетел и взял курс на Варшаву, стюардесса стала предлагать пассажирам лайнера традиционный на международных линиях стаканчик сухого вина. Папа вежливо отказался. Показав пальцем вверх, он промолвил:

– Не могу, шеф близко.

* * *

Где-то в конце XIX-го века в Петербурге списывали отслужившую свой срок императорскую яхту.

Кроме самого судна, списанию подлежали и некоторые предметы, составляющие обстановку кают яхты. Среди них были ценные раритеты, в том числе два совершенно уникальных: редкостной красоты громадный ковёр (подарок персидского шаха), покрывающий пол в кают-компании, и пианино красного дерева – презент какого-то малазийского князька.

Ясное дело, что, как обычно, списывались и вполне пригодные вещи, на которых вороватые интенданты хорошо наживались. Адмиралу, который должен был, закрыв на всё глаза, подмахнуть акт списания, был презентован персидский ковёр, который и был заранее доставлен на его квартиру.

В графе «Причина списания» о ковре было начертано:

«СМЫЛО ЗА БОРТ НАБЕЖАВШЕЙ ВОЛНОЙ». Пианино, как предмет более громоздкий, списать не решились.

Составленный по всей форме акт списания был направлен на утверждение. Однако случилось непредвиденное – «договорной» адмирал, не успев подписать акт, был переведён на другую должность. Интенданты были в панике – как поведёт себя новый начальник?

В томительном ожидании прошла неделя, другая… Наконец акт был получен.

На титульном листе краснела спасительная резолюция нового начальника – «Утверждаю».

Интенданты стали лихорадочно перелистывать страницы и обнаружили ещё один след начальственных красных чернил. В строке, где упоминалось, что «ковёр смыло за борт набежавшей волной», крупно было приписано «И ПИАНИНО ТОЖЕ».

В тот же день пианино было доставлено по назначению.