Цейрон

Его жидкие рыжеватые волосы были тщательно спрятаны под белую фуражку, которую мог носить только представитель штурмовиков – имперских офицеров штурмового корпуса, к которым Стэнли не имел никакого отношения. Виски были выбриты, а подбородок украшала редкая козлиная бородка. Помимо фуражки, его интересный образ дополняло меховое пончо. Как говорил сам Свидгер, мех принадлежал самому свирепому хищнику на Эворе. Он подстрелил зверя из штурмовой снайперской винтовки, когда был на охоте со своим отцом.

В качестве трофея ему позволили взять шкуру и когти, предварительно освежевав тушу. Несмотря на то, что с каждой неделей рассказ становился всё интереснее, приобретая новые краски, заканчивался он всегда одинаково – свежеванием туши. При этом Стэнли выхватывал свой нож и чертил в воздухе линию воображаемого разреза. На самом деле Свидгер-старший случайно сбил на машине в сафари-парке старого шомкуна, чьим дальним родственником был медведь из Солнечной системы.

– Так, я не вижу ещё двух уродов! – выкрикнул Уоррен. – Коллинсон, приказываю немедленно привести остальных!

– Мне? – встав со стула, переспросил Лайнел.

– Да, слизняк, тебе, и пошустрее, – Уоррен с трудом втиснулся в своё широкое кресло, взяв в руку контроллер температуры.

Едва Лайнел оказался возле выхода, его чуть не сшибли два вбежавших офицера.

– Занять свои места, дебилы! – крикнул Уоррен. – Вам начислено три часа дополнительных работ на свежем воздухе, – он указал на светозащитное окно, за которым уже разгорался рассвет.

Один из опоздавших по имени Грег Милтон попытался оправдаться:

– Сэр, мы крайне сожалеем, но…

– Четыре часа! Всем троим! – отрезал начальник колонии.

– Но сэр, я же пришёл вовремя! – сказал Лайнел.

– Пять часов для каждого, – со злой ухмылкой ответил Уоррен по кличке Хряк.

Было понятно, что дальше дискутировать на эту тему не имело никакого смысла. Все трое покорно сели на жёсткие деревянные стулья и уставились на Уоррена Байти, который перебирал стопки папок у себя на столе.

– Сегодня мы получили красный приказ по закрытому партийному каналу, – не отрывая взгляда от папок, сказал Уоррен. – Это не лучшее послание за последние месяцы, и мы должны понимать, что причиной этому явилась ваша природная тупость и лень. Вы, изнеженные хлюпики, за последний цикл не смогли собрать необходимый минимум, рассчитанный партией.