Цейрон

– Положи её на механизм и ударь со всей силы ключом. Если она взорвётся, то выделит много тепла.

Номер 166 поставил батарею на механизм и начал лупить по ней что есть силы. Коллинсон видел, что появились искры, но никакого взрыва не последовало.

– Этого недостаточно! – прокричал номер 166.

Коллинсон лишь пожал плечами и посмотрел в сторону горизонта, где уже виднелась тонкая, как губы Уоррена, и ослепительно белая полоска губительного света.

– Да чёрт с тобой! – крикнул Милтон. Он вытащил свой блок, положил его на механизм и что было сил ударил по нему ключом.

Раздался небольшой хлопок, и пространство в радиусе одного метра покрылось искрами. Костюм номера 166 испепелили маленькие искорки, оставляя на нём множество дырок. Коллинсон принялся бить по офицеру руками в надежде потушить маленькие огоньки.

– Всё нормально, – отрезал Милтон. – Не надо тратить время, давай к фиксатору.

Они взяли фиксатор с двух сторон и принялись его расшатывать. Даже через специальные перчатки Коллинсон смог чувствовать исходящее от железа тепло.

Раздался щелчок, и механизм наконец провернулся. Закрыв второй замок, офицеры устремились ко входу. Дверь открылась, и оба вошли внутрь.

Как только давление во входном шлюзе нормализовалось, к ним подошел Уоррен.

– У меня есть две новости – одна плохая, другая хорошая. С какой начать?

– Давайте с плохой, – сказал номер 166.

– Плохая новость заключается в том, что сегодня эта планета не очистилась от балластового генофонда, и два дегенерата продолжают портить наш партийный воздух и есть нашу еду.

– А хорошая? – спросил номер 218.

Начальник колонии улыбнулся:

– Завтра у нас ожидаются гости, и вам предстоит вновь открывать шлюшьи щупальца и пускать к нам внутрь всякий сброд в виде больших гостей из долбаного надзора. За порчу казённого имущества вы отстраняетесь от сладкого пайка на два месяца, – Уоррен демонстративно откланялся. – До завтра, дамочки, и не грустите. Сегодня вы пережили очередной рассвет!

Глава I

Необходимый минимум

Гимн Великой партии разбудил молодого офицера по имени Лайнел Коллинсон.

Музыка стремительно вырывалась из колонок, вмонтированных в стены маленькой бетонной комнаты. Импульсная лампа сигнала тревоги заполнила всё пространство ярко-красным светом. Монитор над койкой показывал, что до следующей смены ещё 20 часов, поэтому Коллинсон, выругавшись, направился к тумблерному выключателю.