Добрый

– Сам встанешь или попинать? – скромно осведомилась пушистая принцесса и потупила глазки, шаркая лапкой.

– Не встану, – пробурчал я в ответ, ужом вклиниваясь под плед. Стыд просыпался в моём мозгу с новой силой, заставляя забиться куда-нибудь подальше и поглубже, прикинуться ветошью и не отсвечивать.

– Да куда ты, собственно, денешься. – Одним рывком Мара резко сняла с меня единственное укрытие. – Пять минут на утренние процедуры и завтракать.

– Нет, – твёрдо ответил я и полез под кровать.

– Да.

– Да пойми ты! Не могу я, – верещал я, пытаясь вырваться из цепкого захвата.

– Нет, Серёжа, голову точно надо лечить. Причём самыми радикальными методами. Семь пятниц на неделе. Хочу, не хочу. Могу, не могу. То истерики. То агрессия. То сексуальные фантазии. То всё и сразу и в одно мгновение разом.

Обличая меня во всех тяжких Мара, наконец доволокла меня до туалетной комнаты и с размаху выплеснула на меня кувшин ледяной воды.

– Сдурела?! – отфыркнулся я после ледяного потока.

– Что и требовалось доказать, – Мара довольно потёрла лапки. – Только что страдал, стенал и прятался, а тут снова агрессия попёрла.

– Агрессия, говоришь? – Я резво вскочил на ноги, схватил первый попавшийся кувшин и выплеснул его содержимое в Мару.

– Обалдел?! Она же горячая! – взвизгнула Мара, хотя я был уверен, что ни одна капля не попала на неё – так ловко она увернулась.

– Тогда добавим холодненькой.

– Не попал, не попал, – радостно запрыгала принцесса, уворачиваясь и от этого ледяного душа.

При этом она схватила другой кувшин и метко окатила меня с ног до головы. Кувшинов было ещё предостаточно, и боевые действия продолжились с новой силой. Мара с визгом металась по туалетной комнате, не забывая пробегать по стенам, а один раз даже по потолку. При этом она настолько ловко избегала тех водопадов, которые я обрушивал на неё, что её шёрстка не обогатилась ни одной каплей влаги.

– Не попал! Не попал! – веселилась принцесса всё больше.

– А вот так! – радостно выкрикивал я, посылая содержимое очередного кувшина к заветной цели.

– Не зря я тебя хотела косеньким оставить, – всё больше веселилась Мара, со смехом окатывая меня очередным душем.