Судный день

Что она могла сказать?

Она прекрасна понимала чувства, переполняющие Энни, ведь и сама их испытывала. Точно такие же. Щемящее чувство страха, тоски, безнадежности и еще чего-то, что она не могла до конца понять… быть может неопределенности, или бессилия… или… она не знала. Как и не знала, что происходит с Джеком, что обрушилось на ее семью… Кэрри чувствовала, как ее лихорадочно колотит, как дрожали руки, ноги, она была близка к паники.

В тоже время, прижимая испуганную, обессилившую дочь к своей груди, Кэрри точно знала одно, среди их двоих, она должна быть более сильной и стойкой.

Ради Энни.

Ради Джека.

Денвер.

Штат Колорадо.

Капитолий штата.

Кабинет губернатора.

Джек молча сидел, смотря, как губернатор перелистывает папку, в ожидании, когда тот начнет разговор.

За его спиной стояли три агента секретной службы.

Джек обернулся и посмотрел на них – никакой реакции, что ж, можно было чувствовать себя более-менее расслабленно. Это радовало. Он повернулся обратно и посмотрел на губернатора.

Досье догадался Джек.

На него есть досье в ФБР? Очень интересно. Зачем ФБР досье на ученного? Хотя, глупый вопрос… Этот вопрос «зачем ФБР нужно» можно задать и по миллиарду других вопросов, ответа все равно не получишь, в то время как бюджет Бюро продолжает увеличиваться.

В любой другой ситуации Джек попытался бы начать разговор, и прервать затянувшуюся паузу.

Наконец, спустя еще пять минут, губернатор закрыл папку и оценивающе посмотрел на Джека.

– Уже вечер. – сказал он.

Джек удивленно вскинул брови: он ожидал чего угодно, но явно, не этого.

– Уже вечер. Поздний вечер. – повторил губернатор, его голос с небольшой хрипотой, напоминал Джеку голос тренера университетской футбольной команды. Джек не любил тренера.

– Знаешь, что это значит? – губернатор пристально смотрел на него.

Джек пожал плечами, но ничего не сказал.

– Это значит, что у нас мало времени.

Джек кивнул.

– Я изучил ваше досье, – губернатор помахал папкой. – Весьма занимательно. Гарвард закончил с отличием, в тридцать лет получил премию «Шао», спустя два года «Пулитцеровскую» премию, в центре «Э. Джефферсона» занимаешь ведущую позицию… Впечатляет…

Джек промолчал.

– И у меня возникает вопрос.