Мы из губрозыска

 – Может, за самогон привлечем, а может, и …

Рев приближающегося паровоза оборвал его на полуслове.

Милиционеры напряглись, прекрасно понимая, что им сейчас предстоит. То, ради чего их сюда выдернули кормить комаров. То, зачем из губернской столицы приехал агент уголовного розыска. Будет не до шуток, это даже юнцу понятно.

Трое милиционеров юнцами не были.

– Внимание, товарищи, – враз посерьезнел Колычев. – Слушай мою команду. Брать Чеснока будем тихо и аккуратно, чтобы не спугнуть заранее. Мне за ним уже надоело гоняться.

– Оружие у него есть? – спросил Елисеев.

– А как же! – поморщился агент. – Он без ствола из дома не выходит. Ну а за голенищем сапога у него ножик и, можешь не сомневаться, порезать человека для Чеснока – дело плевое.

– И не таких обламывали, – самоуверенно сказал Пантюхин, но те, кто был с ним хорошо знаком, услышали бы в его голосе нотки тревоги.

Не особо-то большой был опыт задержания матерых бандитов у обычного волостного милиционера. Такая птица в их краях попадалась нечасто.

Состав замер у платформы. Паровоз зашипел, разводя пары, и через минуту тронулся, оставив перрон пустым, не считая высокой фигуры в серой армейской шинели и с «сидором» на плечах.

– Он? – спросил Колычев, прекрасно зная ответ.

Елисеев кивнул. Чеснока он узнал сразу, пусть и давно не видел.

Фигура заозиралась и, убедившись, что никто на перроне никого нет, зашагала в сторону сидевших в засаде.

– Я ж говорил, что место правильно выбрали, – довольно сказал Пантюхин. – Мимо нас не пройдет.

– Старайтесь не смотреть на него, – прошептал Колычев. – Вдруг взгляд почувствует… У воровского люда чуйка обостренная. Всегда на взводе.

Бандит шел беспечной походкой, с каждым шагом все ближе подходя к сидевшим в засаде милиционерам. Елисеев, вопреки инструкции начальства, пристально всмотрелся в Чеснока.

М-да, а ведь не скажешь, что перед тобой опасный преступник. В губрозыске считают, что на Чесноке минимум три убийства. Одно из них весьма зверское: Чеснок разделал топором аптекаря так, что жена не узнала.

Лицо у гражданина Никитина вполне добродушное, на щеках и носу – озорные детские веснушки, в маленькой бородке клинышком терялась безмятежная улыбка честного человека, у которого на совести нет никаких грехов. Взгляд веселый и спокойный, легкая поступь уверенного в себе и физически сильного мужчины.

Чеснок насвистывал какой-то прилипчивый мотивчик.