Лучший из худших

Само собой, особенно не рекомендовалось соваться в места, где может оказаться военная полиция или юнкера из Высшего Императорского воинского пехотного училища имени генерала от инфантерии Скобелева. Между солдатами батальона и юнкерами существовала давняя и лютая вражда, уходящая корнями чуть ли не в древние века. Правда, юнкера предпочитали фланировать по центру города, а наши всё больше по окраинам, где и народ попроще, и цены пониже.

Само собой, строго-настрого запрещалось употреблять горячительные напитки и тем более проносить их в расположение части.

После напутствий Белова я вернулся под крыло Санникова. Тот практически слово в слово повторил расклад, который мне только что лил в уши фельдфебель. Но я набрался наглости и осмелился задать ефрейтору вопрос:

– Господин ефрейтор, если в городе столько потенциальных неприятностей только потому, что мы служим в батальоне особого назначения, почему бы нам для увольнения не переодеться в штатское? По-моему, довольно логично и позволит избежать кучи проблем.

Глаза Санникова чуть не вылезли из орбит.

– Рекрут Ланской, ты что, охренел?! Когда вернёмся из увольнительной, напомни, чтобы я дал тебе почитать методичку о чести мундира. Ни один солдат батальона никогда не наденет на себя штатские шмотки, если это не потребуется для выполнения боевой задачи. Это всё равно, что опозорить честь нашего подразделения, про…ть знамя части! – Он буквально кипел от праведного гнева.

Я пожалел, что вовремя не прикусил язык. Парни из моего прошлого, которым довелось тянуть солдатскую лямку, часто рассказывали, что для увалов и самоходов (то есть самоволок) в каждой казарме всегда имелась надёжная нычка с гражданкой. От греха подальше они специально переодевались в штатское, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание того же патруля. А здесь это равносильно тяжелейшему воинскому преступлению. Просто удивительно, но по-своему здорово. Реально проникаешься командным духом по самое не хочу.

Следующей проблемой стали деньги. Нет, проезд до города и по городу для солдат был бесплатным, но видами из окна автобуса и вольным воздухом улиц сыт не будешь. За время учебки у меня развился такой аппетит, что столовский хавчик уминался за считаные секунды, ещё и добавки хотелось. По-моему, я был готов жрать круглосуточно.

Рекрутам полагалось небольшое жалованье, оно существенно возрастало после выпуска в солдаты.