Шагнувший в небо

Он в любопытстве крутил головой по сторонам, стараясь ничего не упустить. Мало кто из знакомых монгов мог похвастаться, что побывал здесь. «Будет о чем рассказать друзьям и знакомым» – подумал он, но вспомнил о ссоре с Марком и Листером и тут же расстроился. Правда забыл об этом практически мгновенно.

Они оказались посреди большого зала с каменным полом, окруженного крытыми галереями, заполненными монгами. Их было много, очень много в разнообразной одежде. Они напоминали одеяло, сшитое из тысячи несочетающихся лоскутков.

Крис шел уверенно, не обращая внимания на враждебность окружающих его монгов. Он заметил нервозность мальчишки и сказал:

– Прекрати крутит башкой. Старайся на них не смотреть.

Даил постарался послушаться охотника, но то и дело украдкой поглядывал наверх. Не мог себе в этом отказать.

Мистер Оспа долго вел их по грязным темным коридорам, сменяющим друг друга. Они проходили мимо старых заводских помещений, где когда-то стояли чаны, в которых варили пиво. Теперь здесь жили люди. Некогда огромный зал был разбит деревянными перегородками на маленькие клетушки, в которых стояли двухэтажные кровати, оккупированные голыми детьми и неряшливого вида женщинами, занятыми простым бедняцким хозяйством. Смотреть на это Даилу было стыдно, словно он подглядывал за чем-то нехорошим, и он старательно отворачивался.

Наконец, они оказались перед старой узкой лестницей, ведущей вниз. Мистер Оспа обернулся, ухмыльнулся, показав ряд гнилых зубов, и стал спускаться. Крис толкнул Даила в спину, уступая ему место.

Шли не долго. Всего каких-то шестьдесят ступенек, Даил, сам того не желая, сосчитал их, и оказались в длинном коридоре, по обе стороны которого виднелись двери. Мистер Оспа уверенно пошел вперед и остановился перед самой последней дверью, помеченной знаком «Х».

Они оказались в большой комнате, с заставленными бочками стенами. По центру помещения находился массивный деревянный стол из грубой доски. За ним сидело четверо монгов и трапезничало. Из большого дымящегося чугунка они накладывали себе в миски тушенную картошку с мясом, и уплетали за обе щеки, время от времени запивая пищу обильно пивом из глиняных простых кружек.