Кремль 2222. Рязанское шоссе

Мне доводилось видеть, как крупные особи расправляются с «пауками-сервами» и не слишком большими роботами, но эти «бэтмены» явно переоценили свои силы.

Выстроившись в подобие журавлиного клина, рукокрылы пошли в атаку, на острие которой находился массивный самец. В лапах он держал здоровенный кусок бетонной панели, из которой торчали причудливо изогнутые арматурины. Если он прицельно уронит эту хрень на «Тайфун», мы вряд ли сильно пострадаем, вот только проверять это не хочется. Да и закон подлости никто не отменял.

Что будет, если бетонная ерундовина грохнется на башенку боевого модуля? Вот и я не собираюсь гадать.

– Сержант, причеши птичек, ладно?

– А что, они тебе обзор заслоняют? – ухмыльнулся он.

– Не. Просто с детства летучих мышей боюсь. Уважишь командира, а?

– Как не уважить хорошего человека, да ещё и начальника! Сейчас, командир, твоим детским страхам придёт конец. Задействуем наше ПВО.

Сержант «поиграл» на планшете. Боевой модуль шарахнул по рукокрылам из ПКТ, порвав «бэтменов» в клочья.

Самца с куском панели аж на молекулы разобрало. Была стая, и вся вышла, за исключением десятка рукокрылов, успевших отвернуть в сторону и теперь размахивавших крыльями на почтительном отдалении.

Вот так, мышата, это вам не био, у которых давно исчерпался боезапас. Мы не просто огрызаемся, а способны дотянуться даже до тех, кто далеко.

Данара восхищённо выдохнула.

– А мне пострелять дайте! – попросила она.

Глаза её горели.

– Обязательно, – заверил Сержант.

 – Желание женщины, что приказ командира – закон.

Он передал ей планшет и стал объяснять тонкости управления. Тут я снова проникся гордостью за боевую подругу. Девушка, которая никогда прежде не сталкивалась с подобными штуками, мгновенно освоила электронные премудрости. Теперь в экипаже было два оператора боевого модуля.

Для закрепления навыков она прошлась очередью по уцелевшим рукокрылам. В итоге в данном районе установилась бесполётная зона, а вусмерть перепуганные рукокрылы попрятались в самые глухие норы и ещё долго оттуда не вылезут.

Жаль, некому выставить счёт за отлично проделанную работу.

– Любовь без радости была, разлука будет без печали, – промурлыкал я. – Данара, свет моих очей, ты отлично поработала! Можешь взять из НЗ восстановленный пирожок.

– А я зубы об него не сломаю?

Тут она права полностью. Со стоматологами здесь архискверно. Если заболел зуб – пиши пропало.