Кремль 2222. Царицыно

Бросок, затягивание узла на несчастной жертве, резкий рывок и всё: пленник волочится за лошадью, а уже потом, уставший и покорный, безропотно следует за отрядом кочевников до стойбища или невольничьего рынка.

Только с нами этот номер не прошёл. Не на тех нарвались, господа шайны.

Сержанту[1 - Сержант – кио, герой романа Дмитрия Дашко «Крылатское»] не составило труда поймать в воздухе петлю аркана, а потом, схватившись за неё, выдернуть всадника из седла с «мясом». Во всяком случае, сапоги того остались в стременах.

В ладонь Сержанта скользнуло танталовое лезвие. Оно пронзило шею противнику, на пыльную тропинку брызнула кровь.

По краям тропы рос подорожник. Орошённые листья на секунду свились в трубочку, а потом развернулись, увеличившись в размерах. Стебель вымахал на добрый сантиметр и ощетинился колючками. Некогда безобидное лекарственное растение мутировало в плотоядную дрянь. Чему удивляться! Будь проклята Последняя Война, что сотворила с миром такое!

Напарник справился, а я чем хуже? Шайн метнул в меня «лассо».

Врёшь, «ковбой»! Ничего тебе не светит! Я уклонился от броска. Времени на принятие решения – кот наплакал, действовать нужно немедленно. Прорываться? Искать укрытие? Валить всех подряд?

Будь что будет! Я выхватил АКМ и принялся поливать округу свинцом. Окрестности наполнились предсмертными воплями людей и всхрапом гибнущих фенакодусов. Удалось скосить не менее десятка шайнов, прежде чем вылетела последняя гильза. Результат хороший, но недостаточный. Тогда в ход пошёл приклад легендарного «весла».

Спешенные шайны ринулись ко мне. Первого, приблизившегося на опасное расстояние, оглушил резким ударом по лбу, кочевника не спасли ни меховая шапка, ни шлем из ржавого железа (бедолага «звёздочек» перед глазами нахватался до конца короткой, надеюсь, жизни), второму сломал челюсть. Затем поживился трофеем – кривой саблей. Я раньше такие только в кино видел. АКМ пока без надобности, и я отбросил его в сторону.

Прочертил в воздухе «восьмёрку», уловив уважительный взгляд сразу нескольких шайнов.

Ну, а вы что думали? Кроме вас с саблюками больше некому обращаться? Это не так, и я готов доказать это, не сходя с места. Вот и подходящий кандидат нарисовался: «прынц» на белоснежном фенакодусе-альбиносе. То ли аристократ, то ли любитель покрасоваться.

Ближе, родной, ближе!

Лёгкий взмах и из пропоротого туловища фенакодуса хлещет кровь, а его хозяин летит на землю, и тут я встречаю его по полной программе.